– Вода в трубе поднимается, – произнес голос робота. – Закройте клапаны, она может прорваться в помещения фабрики.

– Он сошел с ума! – крикнул Георгий Георгиевич, бросил трубку, но потом одумался и велел Каину: – А ну, одна нога здесь, другая там! Проверь у трубы – что там творится?

Каин побежал к трубе. Хотя он еще не очень испугался.

Георгий Георгиевич пригласил остальных к столу, где стояли бокалы с шампанским, водка в рюмках и много контрабандной красной икры и лососины.

– Кушайте, – говорил он, – все бесплатно досталось! В Москве безумных денег стоит.

Каин шел по коридору к пульту управления, но потом не удержался и быстренько сбежал по узкой лестнице вниз, к камере, где были заперты пленники.

Мог бы и не заходить, тем более что ему было велено заняться совсем другим делом.

Но заточенные в камере были его собственными жертвами, и ему важно было сказать им самые последние слова, чтобы перед смертью у них мурашки побежали по коже.

Сначала Каин заглянул в «глазок».

Возле двери никого – значит, нечего опасаться засады.

Он приоткрыл дверь.

Испуганно обернулась Аглая Тихоновна. Она держала на ладонях Севу, шпиончика, – ну ровно мышонка! А в сторонке сидел голый гном, который при виде Каина кинулся к нему с воплем:

– Это недоразумение! Выпустите меня! Я буду вам верно служить!

Он пытался поцеловать сапоги Каина.

– Я вам доложу, о чем они без вас говорили!

Каин засмеялся. Когда он смеялся, его лицо оставалось неподвижным, будто бумажная маска.

– Не нужны мне твои услуги, – сказал он. – Ничего мне не нужно. Вон смотрите на ту решетку под потолком. Как польется оттуда водичка, считайте, что вам осталось жить две минуты. Это отводка от большой трубы. Поняли?

И ему стало так смешно, что он изо всех сил ударил ногой в живот гнома Юхана, тот взвизгнул и откатился в угол.

– Прощайте, дурачье! – сказал Каин и захлопнул дверь.

Задвинул засов.

И, не оборачиваясь, пошел по коридору на пульт управления, чтобы поглядеть, что там произошло с мертвой водой, почему мог появиться засор.

А в камере, как бы в ответ на слова Каина, сквозь решетку в стене полилась вода. Маленьким тонким ручейком, еле-еле, вернее, сначала еле-еле, по каплям, а потом с каждой секундой этот ручеек увеличивался, и вот он уже достиг пола.

– Это мертвая вода! – завопил гном. – Я знаю! Я нюхал, когда у троллей в клетке сидел. Спасите!

Аглая Тихоновна прижала Севу к груди и стала отступать от лужицы, которая разливалась у стены.

– Разве ты не видишь! – кричал на нее гном Юхан. – Я же босой! Вы в туфлях, вам хоть бы что, а я босой, я скоро, я раньше вас помру! Отдай мне свои туфли, слышишь, а то я отниму! Ты не смеешь дать мне погибнуть! Я же маленький! Я жить хочу.

– Не волнуйся, не волнуйся, – успокаивала его Аглая Тихоновна. – Я тебе помогу.

Она сунула Севу за пазуху, а гнома подняла на руки, и он сел ей на плечи, оседлав ее, как всадник.

– Правильно! – закричал он. – Молодец, старуха! А теперь стучи в дверь. Они же должны открыть!

Сева ненавидел его и думал: «Если когда-нибудь мы встретимся и будем хотя бы одного роста, я тебя так изобью, что ты до конца жизни запомнишь».

Аглая Тихоновна, покачиваясь под тяжестью гнома, принялась молотить мягкими слабыми кулачками в дверь.

– Ногой! – кричал гном. – Ногой бей!

Он и сам ударял по двери и даже порой царапал дверь.

– Ой, – произнесла Аглая Тихоновна и пошатнулась.

– Ты что, не видишь, что в воду наступаешь! – злился гном. – Отойди от воды! Ну что за дура!

Сева почувствовал, как Аглая Тихоновна со стоном опускается…

Все.

И в этот момент – ну прямо как в кино! – раздался скрежет засова.

И дверь распахнулась.

Аглая Тихоновна упала головой наружу.

Гном соскочил с нее и закричал:

– Спасайте нас! Тащите из камеры! Да скорей же!

Сева тоже выбрался на волю.

Он встал на плече Аглаи Тихоновны и увидел, что она лежит на мокром полу – из камеры льется черная вода и, как плоский паук, изгибая щупальца, ползет по полу.

Летчик Гарри Коллинз, а это он открыл дверь, подхватил Аглаю Тихоновну под мышки и потащил в коридор.

Сева бежал рядом с ее телом.

– А как вы нас нашли? – спросил он.

– Ты забыл о локаторе?

– Ой, совсем забыл. Это мертвая вода. Она может умереть.