– Кто это был? – полюбопытствовала позже.

– Алекс, – смутился мальчик. – Алессандро Конте.

– Ого, – я присвистнула. – Думала, они отправят наследника в какой-нибудь Бедфорд или Хэрроу.

– Кажется, его исключили, – зашептал Лукас. – За порочащее поведение.

– Наверняка влияние сестры. – Заулыбалась, вспомнив смутьянку Харриет. Мы мало пересекались из-за разницы в возрасте, однако на великосветских сборищах, где меня и Лиз обязали присутствовать, ее имя неизменно всплывало в связи с очередным скандалом. Я завидовала разнузданности и свободе этой девчонки и желала для себя такой же силы духа и наплевательского отношения к требованиям семьи.

В конечном счете желание сбылось, раз я сбежала из-под опеки клана.

6

Присутствие в доме постороннего напрягало. Я не могла придумать, как обезопасить Лукаса на время моего отсутствия, и с каждым часом нервничала сильнее. Паранойя разыгралась не на шутку, рисуя жуткие сценарии.

– Подопри дверь, – бормотала я, нарезая круги по комнате. – Не отзывайся.

– Ада, – терпеливо позвал мальчик. – Я буду в порядке.

– Разумеется, – кивнула механически. – В крайнем случае попытайся вылезти через окно: доберешься по карнизу до восточной стороны, спустишься по дереву и бегом ко мне. Ох, Лукас…

Мальчишка стоически вытерпел очередные объятья. Погладил по спине.

– Ты напрасно себя накручиваешь, – произнес серьезно. – Итан хороший человек. Если бы он искал нас, сказал бы прямо.

– Может быть, – вздохнула. – Только хорошие люди тоже совершают плохие поступки.

…мама выглянула из гостиной, привлеченная лавиной звуков, которые я издавала, чтобы замаскировать скрип передвигаемого комода. В дверях кухни маячил озадаченный Итан с половинкой бутерброда.

– О, это ты! – невнятно обрадовался он. Прожевал, добавил отчетливее: – Я подумал, слон.

– Смешно, – одобрила кисло.

– Тебя проводить? – предложил мужчина, следуя за мной в прихожую. – Там довольно темно.

– Спасибо, не надо, – оскалилась дружелюбно.

Он пожал плечами, соглашаясь.

Марк обнаружился на веранде. Облокотившись на перила, он смотрел на хмурое небо – быть дождю – и лениво цедил ароматный кофе из кружки-термоса.

– Не планируешь спать? – посочувствовала.

– Только трахать, – тут же опошлил он. – Заходи. Начнешь готовиться.

Проглотила саркастическую реплику.

Красный свет придавал комнате донельзя неприятный вид, словно мы сняли номер в отеле невысокого класса. Пользуясь отсутствием Марка, внимательнее изучила арсенал на стеклянных столах. Веревки, ошейники, кляпы, плети – прямо набор начинающего мастера. Подушечками пальцев погладила кожаный кнут. Прикосновение послало табун мурашек по телу.

Сжала кулак и зажмурилась, считая про себя. Всё нормально. Я могу уйти. Лукас поймет, если придется снова бежать. Мир большой, где-нибудь да затеряется женщина с ребенком.

– Ада?

Вздрогнула от звука его голоса. Марк хмурился, глядя на меня не с похотью или жаждой причинить боль, скорее озабоченно. Это странным образом успокоило. Я расслабила пальцы, тряхнула кистью, возвращая подвижность.

– Так, – начала по возможности беззаботно, – что ты приготовил на сегодня?

Он мотнул головой на прикроватную тумбочку. Всего лишь мягкие наручники. Дышать стало легче, я почти улыбнулась.

– Мне раздеться? – уточнила. – Или предпочтешь сам?

– Было бы что снимать, – буркнул он, но приблизился. Без капли сексуальности расстегнул молнию. Провел ладонями по плечам, сминая ткань. Я невольно потянулась за теплыми руками.

– Помочь тебе? – спросила игриво. Он поднял брови.

– Ну давай.

Избавлять его от футболки было одно удовольствие. Я не торопилась, поглаживая очерченный пресс и крепкую спину. Задела соски, раз, другой. Глаза Марка потемнели, но не в предвкушении чего-то страстного, а от гнева.

– Этак мы до утра не управимся, – сказал издевательски. Грубовато стянул с меня майку, подтолкнул к постели.

Ладно. Без прелюдий так без прелюдий.

Закрепила наручники на более коротком расстоянии, чем полагалось. Марк будто не заметил. Выудил презерватив, впечатлил эрекцией. Интересно, у него на всех женщин стойка? Или его заводит добровольное насилие? Если так, то в разумных пределах: выудил из шкафчика лубрикант. Я почуяла апельсиновый аромат и заерзала. Ничем хорошим это не кончится.