– А я тебя люблю. Всегда и навечно.

Аро приподнимает мое лицо и целует меня в губы. А я отвечаю ему и отдаюсь на волю чувств. Моя любовь со мною.

– Пойдем, научишь меня охотиться на зверушек.

Он тянет меня за руку, и мы спускаемся вниз по лестнице. Дождь уже закончился, оставив только лужи и спокойствие в душе.

*

Красивый черноволосый мужчина и совсем еще юная девушка бежали по лесу. Их можно было принять за дочь и отца. Но они так часто останавливались по дороге, приникая друг к другу долгими поцелуями, что не оставалось ни малейшего сомнения в их любовной связи.

На окраине города стоял заброшенный двухэтажный особняк. Городские легенды о кровожадных призраках, которые обитают в доме, разнеслись с вампирской скоростью. Люди обходили его стороной, да и то, только в светлое время суток. Первый этаж был совершенно пуст. На втором можно было найти только старый облезший стол и покосившийся сервант. С недавних пор под столом валялась большая дорожная сумка, а на столе лежали два новеньких паспорта и билеты на самолет. Через два дня Мистер Аарон и Миссис Элисабет Брендонсон навсегда покинут стены недружелюбного особняка.

Продолжение следует…

========== 2 ==========

Часть 2.

Спустя примерно 50 лет.

– Элис, прошу, - мученические интонации в голосе Аро вызывали во мне жгучий стыд и желание убежать.

Но Аро не в чем было обвинять меня, не в чем упрекнуть. В том, что случилось, не было ни тени моей вины. Просто, иногда так складывается. И Аро понимал, все прекрасно понимал. Уйдя от Вольтури, он вряд ли изменил своему гибкому уму и четкой логике. Во многом, Аро остался прежним. И я была этому даже рада. Потому что это был мой Аро, тот самый, что мучил меня из раза в раз, изо дня в день, тот самый, что до рассвета выпрашивал у меня прощения, стоя на коленях, но каждую ночь неизменно, вновь совершал надо мной свой предательский грех. Тот самый Аро, что бросил свой клан, научил меня любить иначе, принимать все недостатки другого и полностью отдавать себя, растворяясь. И я смирилась, для начала. И я полюбила… его. Именно его. Было бы больно терять любимого, пройдя так много испытаний.

– Элис, моя Элис, - шептал он, хватаясь за мою ладонь, как за спасительный якорь. А я погружалась в свои мысли, совсем позабыв о том, что Аро, благодаря своему дару, погружается в них вслед за мной…

Раздался стук в дверь. Он не стал для меня неожиданностью, но я увидела о посетителе слишком поздно, чтобы что-то менять. Так даже лучше. Встретиться лицом к лицу после долгой разлуки, посмотреть друг другу в глаза и понять. Понять что? Пока, я этого не знаю. Как и не знаю причин подобного визита.

– Элис? – окликнули меня, когда я открыла дверь.

– Джаспер… - не удивилась я.

Мы молча стояли и смотрели друг на друга. Нас разделяла теперь половина века, разные кланы, разный способ питания… и даже прошедшая любовь нас не объединяла, как это часто бывает с людьми, а отдаляла. И до сей поры, у меня не было ни малейшего желания сближаться.

Нет, я вовсе не считала Джаспера предателем, вовсе не вменяла ему в вину тот факт, что, придя к Вольтури за мной, он полюбил другую и остался рядом с ней. Когда-то, - возможно. Но теперь мне было так безразлично все это.

– Зачем ты пришел, Джаспер?
– без тени бывшей приязни спросила я.

Наверное, его удивил мой тон. Да, он в свое время тоже удивил меня немало.

– Элис, я пришел к тебе, я … вернулся.

– Поздно, - обронила я.

После всего, что произошло со мной, я тоже несколько изменилась. Например, перестала укрывать других и стала больше думать о себе и своей любви. Я больше не боялась обидеть кого-то, или разбить чье-то сердце. Мы с Аро проделали весь этот долгий путь от ненависти, через принятие и до любви вовсе не для того, чтобы пожертвовать собой во благо высших идеалов. Я перестала быть идеалисткой, перестала доверять каждому встречному, перестала осуждать других за неблаговидные поступки и перестала осуждать … себя. Я научилась просто жить, просто быть. Просто наслаждаться моим существующим сегодня.

– Элис, я прошу тебя, - шепот Аро проникал в мои мысли и вновь отдавался в нем. Я видела такого Аро впервые. Он впервые боялся, впервые, ему было страшно потерять что-то, кого-то. Это ли не показатель любви? И почему тогда я медлю? Может, у меня остались чувства к Джасперу? Почему я стою и вспоминаю о нем, вместо того, чтобы кинуться к Аро на шею? Я не знаю…

– Нет, уходи!

– Я не верю, Элис, ты не могла меня забыть. Давай начнем сначала. Пойдем со мной…

– Сначала? Ты хоть помнишь, когда это было, Джаспер? Ты хоть помнишь, что случилось?

– Помню. Но я никогда не напомню тебе.

– О чем ты мне не напомнишь?

– Об Аро, о твоей симпатии к нему. Я понимаю, Элис, но это не настоящие чувства, это стокгольмский синдром. Ты не любишь его, я знаю, ты не могла полюбить это чудовище, вспомни, что он сделал с тобой. Сколько раз он избивал тебя, насиловал, принуждал!

– Я не хочу, Джаспер, не надо…

– Нет, Элис, мы начнем все, будто раньше, словно мы и не разлучались.

– Это невозможно, ты выбрал, я выбрала. Ты теперь Вольтури и женился на Белле, а я - с Аро. Я люблю его, люблю, не смей говорить об обратном.