– … заткнись, хватит реветь, слышишь? Меня бесят женские слезы!

Нет, нет, они тебя не бесят, ты ими наслаждаешься, чертов импотент, ты не можешь без них. … Я старалась замолчать, успокоиться, прекратить рыдания, но у меня не получалась.

– Я сказал, заткнись, мразь! – проорал мне в лицо Кай и грубо прижался к моим губам своими. Большего омерзения я не испытывала никогда в своей жизни. Мне казалось, я задохнусь от его приторного запаха, казалось, меня стошнит от его липкого поцелуя… какая мерзость. Какая женщина может по доброй воле делить постель с таким ничтожеством?

Это не важно, что я – вампир, я вдруг почувствовала, как я теряю сознание.

Неведомая сила неожиданно оторвала его от меня, и мне удалось отползти в сторону и отдышаться. Я забилась в уголок и продолжала тихо всхлипывать. Не поднимая глаз, я знала - Аро успел. И от этого мне было только страшнее – любимый может проиграть в этой битве.

– Аро, братец, где же твое гостеприимство, мы ведь так давно не виделись!

– Заткнись! – прорычал мой любимый, уже обхватывая ладонью шею блондина.

– Что ты, что ты, давай разойдемся с миром, ну, не хочешь делиться своей шлюхой, так бы сразу и сказал, к чему война?

Раздался шум и в комнату ворвались трое вампиров из охраны Вольтури.

Это отвлекло Аро, и Кай смог вырваться из захвата. Он тяжело отдышался.

– А я еще хотел предложить тебе обратно твой трон. Забудь об этом. Я не буду убивать вас сейчас, хотя мы с ребятами вполне справились бы, - самодовольно произнес Кай, смахивая невидимые пылинки со своей мантии.

Ребята засмеялись, чувствуя свое превосходство. Все низменное и порочное – кредо стражников Вольтерры, их образ жизни. По взглядам «ребят» я поняла, что ничего хорошего меня не ждет, попади я им в руки.

Аро молчал, разумно рассудив, что сила явно не на нашей стороне и если Кай даст нам уйти, то это, по сути, шикарный шанс на выживание.

– Ты предал клан ради какой-то подстилки, и это не должно остаться без огласки. Долгое время многие вампиры были уверенны, что вы погибли, но я всегда знал, что тут что-то не чисто… Такое не прощают. Я хочу, чтобы все знали, как Вольтури карают за предательство. И я, наконец, стану единственным фактическим королем вампиров… Через неделю. Место выбираете вы. Я казню вас обоих на глазах у всех, прилюдно, как последних собак, которыми вы и являетесь. Делайте, что хотите, просите помощи, где угодно. Победа все равно останется за мной.

– Я принимаю твои условия. Через неделю в живых останется только один из нас. Место выберет Элис.

– О, мне противно смотреть, как эта дрянь манипулирует тобой. Может, это не она твоя шлюха, а наоборот?

Аро зарычал. Я понимала, что может случиться непоправимое. Если Аро нападет сейчас, нам придет конец.

– Поляна за Форксом, мы будем ждать, - я поспешила отвлечь их.

– Форкс? Ладно. Готовьтесь к смерти, жалкие вегетарианцы, - Кай хмыкнул и медленно вышел из нашего дома. Вслед за ним вышли и стражники.

Я и Аро. Мы остались вдвоем в маленьком домике в самом сердце непроходимой тайги. И наша смерть надвигалась…

Но у нас оставался последний шанс.

Я очнулась от одного из самых плохих воспоминаний в моей немаленькой жизни. Дождь все также стекает по окну и тарабанит по крыше. Мне это нравится. Он идет уже три дня… ровно столько прошло со дня этой роковой битвы. И, хотя мы выиграли, мы потеряли многих, слишком многих, чтобы продолжать жить, как ни в чем не бывало или, тем более, праздновать свою победу. Вряд ли это можно назвать победой, учитывая то, что произошло.

Вот уже три дня, три дня, как перевернулся весь вампирский мир… и три дня как я стою здесь, не отвлекаясь на внешние раздражители. Сначала меня пытались отвлечь, но я не поддавалась и меня оставили в покое. Три дня нескончаемых воспоминаний. Почему и зачем? Странный вопрос, по крайней мере, для меня.

Воспоминания – это мой способ бороться с прошлым, с его негативными последствиями. Сначала я вспоминаю, переживаю, страдаю, умираю, я плачу, бью себя в грудь и молю о смерти, а затем вспоминаю вновь и вновь… примерно на пятидесятый раз даже самое плохое воспоминание словно притупляется, перестает приносить так много боли и страданий. Но я вспоминаю вновь и вновь, за разом раз и понимаю однажды, что становится легче. Наступает момент, когда я начинаю вспоминать без боли, без обиды… а с одним только осознанием, что это – прошлое, пережитое и пройденное, что ничего уже не исправить. Именно в этот момент я нахожу в себе силы перевернуть струнцу и начать новую жизнь, именно в это мгновение я перерождаюсь, как феникс и боль перестает преследовать меня – я становлюсь новой, чистой, более совершенной. Я становлюсь готовой к тому, чтобы жить дальше.

Понимающие родственники уже знают об этой моей особенности «вышибать клин клином» (по сути, так и есть) и просто оставляют меня в одиночестве, спокойно дожидаясь, пока новая я сама не спущусь к ним и не продолжу жить дальше…

На этот раз процесс переживания воспоминаний затянулся. Еще бы, битва с Вольтури – самое тяжелое, что довелось мне пережить. Даже мое пленение Аро воспринималось иначе. А может, это мне сейчас так кажется, когда после плена прошли более пятидесяти лет ответной любви и счастья.