Теперь у него было шесть рук и огромный живот. Он был неповоротлив и объемен. Так он и вошел в вертушку.

Только лишь застряв в ней, он сообразил, что что-то сделал не так. Вертушка стояла, стиснутая его громадным телом, за ней мелькали лица зевак и удивленные физиономии тех ребят из спецструктур, что получили задание его задержать.

Виктор понимал, что если он не вспомнит правильную кнопку, то надеяться не на что. В настоящий момент он представлял собой копию облика кого-то из индуистских богов. Но кому это здесь интересно? «Левая клавиша» — пришел откуда-то ответ. «Откуда ты знаешь?» «Это я, Калки! Нажимай левую, иначе тебе не выбраться. Не заставляй меня применять здесь более действенное оружие…»

Виктор надавил на левую кнопку и почувствовал, что его больше ничто не держит. Более того, сохраняя все свои тактильные и иные ощущения, он не видел себя. По-прежнему держась за железо вертушки, рук своих не ощущал. Он выскочил из дверного проема. По лицам сжимавших вокруг турникета кольцо было понятно, что они тоже ничего не видят.

Пройдя меж двух настороженных людей, явно держащих одну ладонь на рукоятке пистолета под пиджаком, он не стал искушать судьбу, а быстрым шагом, стараясь ни на кого не натолкнуться, направился вдоль стоек регистрации. Меж тем, кольцо вокруг турникета с обеих сторон сжалось плотное. На несколько мгновений все замерли, потом из кольца протянулись руки с милицейскими дубинками и стали тыкать в пространство турникета. На лицах читались явное замешательство и непонимание происходящего. Наконец, кто-то что-то сообразил, и кольцо моментально рассыпалось по залу.

Виктор спешил. Он понимал, что секунды решают все. Он взглянул на монитор. — Вылет на Лхасу откладывался по техническим причинам.

— Господин Леонтьев, не крутите головой. Произошли накладки, мы летим в Катманду.

Рядом с Виктором стоял элегантный индус и смотрел куда-то в сторону.

— Не удивляйтесь — я вас вижу. Трансфектором вы можете воспользоваться только еще один раз. Очень внимательно рассмотрите меня, постарайтесь запомнить каждую деталь не только лица, но и одежды. Когда будете готовы, правда, вам на это всего несколько секунд, нажмете ту же левую кнопку, только подряд два раза.

Виктор никогда не отличался особой наблюдательностью, поэтому он просто стоял и пялил глаза. Потом нажал кнопку.

И тут же увидел свое новое тело. Он был, на первый взгляд, точной копией стоящего рядом индуса. Тот критически осмотрел Виктора, хмыкнул неодобрительно:

— Получилось не очень хорошо. Но делать нечего. Итак, сейчас вы мой брат-близнец. Вот ваши новые документы, постарайтесь хотя бы запомнить паспортные данные.

Виктор пару минут внимательно изучал документы, потом переспросил:

— Мы летим на Катманду?

— Да.

— Что случилось в Домодедово? Почему меня встречала русская спецура?

— Мы искренне приносим вам свои извинения, но нас немного переиграли.

— Ничего себе немного…

— Я уже извинился.

— А вы знаете, сколько людей погибло на автостраде?

— Нет, так же как и вы. Но это не имеет никакого значения… Вы что-нибудь знаете про Бич Ангела?

— Я несколько раз ранее пользовался им. Но, вообще-то, это оружие Калки, а, если точнее, то самого Денницы.

— Так вот, доставка Бича в Хранилище обошлась в неизмеримо большее количество жертв… Да и не к лицу Аватаре говорить о жертвах. Впрочем, я вас понимаю — вы все еще чувствуете себя человеком. Кстати, как вы думаете, на каком языке мы разговариваем?

— Разве не на русском?

— Нет. Вы просто еще продолжаете думать по-русски. Мы говорим на хинди, государственном языке Индии.

— Понятно.

— Еще вам подвластны несколько диалектов, ну, и, естественно, английский.

— Кто вы?

— Давайте пока не будем об этом. Сейчас — не время.

— Меня сейчас ищут по всему зданию. Мимо уже прошмыгнуло несколько ребят. Нас не засекут по камерам наблюдения?

— Нет. На время трансформации мы их блокировали. Пойдемте на регистрацию.

* * *

Уже в полете, удобно расположившись в кресле, Виктор спросил у своего соседа:

— А вам не подозрительно, что полет на Лхасу задержали?

— А какая теперь разница? На Лхасу мы улетим из Катманду.

— Я думаю, не так все просто, дорогой братец. Очень скоро они убедятся, что меня в Шереметьево уже нет. Там работают далеко не дураки. Они быстро высчитают, куда я мог улететь. И выйдут на нас, двоих подозрительных близнецов.

— Почему подозрительных? В консульстве все подтвердят, документы в норме.

— Я тебе еще раз повторяю — там работают не дураки. В Катманду нас будут ждать.

— Там будет наша группа прикрытия.

— Слушай, в Москве у вас тоже была группа прикрытия. И только один на «Тойоте — Камри», царство ему небесное, сработал грамотно. Все остальные лоханулись.