* * *

«Трубка Кришны» представляла собой полый металлический цилиндр серебристого цвета. С одной стороны над цилиндром было укреплено небольшое устройство, похожее на видоискатель. С каждой стороны от видоискателя — ряд кнопок с обозначениями. Индикатор готовности к работе. И — все. Прилагалось нечто вроде инструкции, в которой довольно четко излагался порядок действий.

Виктор несколько раз повторил этот порядок, но «трубка» оставалась мертва.

— Это все?

— Да.

— Эта инструкция — оригинал?

— Вообще-то, нет. Это более поздний перевод.

— Где оригинал?

— К сожалению, утерян. Сохранилась лишь копия, за точность которой я поручиться не могу.

— Давайте.

Виктор стал внимательно изучать документ. Вроде, все верно, за исключением непонятного слова из нескольких символов, что следовало сразу после конечной манипуляции с кнопками.

— А что это за слово? Я не знаю его и даже прочитать правильно не могу.

Настоятель пожал плечами.

— Я тоже его не понимаю. Может, переписчик просто ошибся?

— Навряд ли. Больше походит на кодовое слово.

Виктор вновь провел все манипуляции с кнопками — результат тот же. Он тихо выматерился.

И тут цилиндр ожил. Сначала он мелко завибрировал, потом окутался как бы легким туманом. Послышалось гудение с низкими квакающими интонациями. Туман вокруг цилиндра загустел, и, наконец, вспыхнула зеленая лампочка готовности.

Настоятель пораженно смотрел.

— А что означает это слово? И как Вы его смогли прочитать?

— Одно из русских матерных слов. Получилось случайно. Правда, я и сам не понимаю, причем здесь и почему… Ладно, гипотезы строить не будем.

Виктор глянул в видоискатель: перед глазами, как на ладони, лежала одна из дальних горных гряд. Он навел поисковый верньер на самую высокую вершину и стал крутить ручку настройки. Скоро стали видны мельчайшие детали, вплоть до трещин на камнях.

— Полюбуйтесь пока, настоятель. А мне надо на несколько минут в Интернет.

Однако настоятель не стронулся с места. За те два дня, что Виктор был в его обители, он действительно ощутимо сдал. Первый восторг, связанный с долгожданным приходом Аватара, ушел, сменившись тревогой и ожиданием грядущих грозных событий, которые, по-видимому, были уже не за горами.

— Аватар, я хотел бы еще раз вернуться к Деннице. То, что он хочет изменить путь развития человечества, я понял. Но почему его пришествие должно обязательно сопровождаться природными катаклизмами и такими жертвами?

— Внешний антураж. Денница любит эффекты. Когда-то он написал такой именно сценарий. Пусть это вам не покажется странным, но боги любят играть. Играть даже в условиях войны.

— Какой войны?

— Друг с другом. И с Не-Жизнью.

— Вы говорите странные вещи, Аватар.

— Если нам еще суждено будет встретиться после всей этой передряги, то я расскажу вам, настоятель, еще более удивительные вещи. А пока… Мне пора. Я нашел географические координаты этой станицы и сейчас настроюсь на нее. Очень надеюсь, что Хранитель не ошибся. По идее, надо бы взять его с собой, но он восстановится лишь через несколько дней, а я ждать не могу.

— Вот вы в Интернете нашли географические координаты того места, куда вам надо попасть. А как же путешествовал Кришна?

— Во-первых, я не думаю, что ему приходилось телепортироваться на такие большие расстояния. А, во-вторых, наверняка, уже и в то время существовала подобная система привязки к местности.

Виктор приник к видоискателю и через пару минут удовлетворенно хмыкнул:

— Ну, вот, и станица Семеновская. Прямо в нее я телепортироваться не буду во избежание каких-либо неожиданностей.

Настоятель со своего места наблюдал за тем, как цилиндр вместе с Виктором окутал легкий туман, который с каждым мгновением все более густел. Наконец, он стал настолько плотным, что через него ничего нельзя было разглядеть. Внутри тумана стало разгораться свечение, последовала яркая вспышка. Туман рассеялся. Настоятель был в комнате один.

* * *

Ощущения от телепортации были малоприятными. Виктор понимал, что это чисто субъективное чувство, но ему казалось, что тело все вытягивается и вытягивается, став наподобие стрелы, а после и вовсе уподобившись ниточке, которую мчит неведомая сила по туннелю не толще человеческого волоса. Казалось, еще немного, и эта ниточка порвется, и он распадется на составляющие его атомы.