— Ах, как трогательно, — прошептал Грелль; Рон покосился на наставника и возмущенно отметил, что тот, начисто позабыв о своем стажере, умиленно взирает на совершенно разобранного Алана. Да уж, дождешься от такого шефа сочувствия и сострадания. Рональд уныло побрел к месту «казни»; Эрик показал Греллю кулак. Красноволосое чудо в ответ сложило губки бантиком, бровки — домиком и захлопало ресницами. Зашелестела вторая пленка.

Когда Алан покосился на возвращающегося на место Рона, то несколько утешился. Может, нервы у греллевского стажера и отсутствовали, но изъятие и просмотр его пленки тоже несколько пришибли неутомимого оптимиста. А, как известно, когда кому-то плохо так же, как и вам, это отлично восстанавливает душевное равновесие.

— Пока ничего не видно, — раздумчиво заметил Тарлах. — Давайте просмотрим еще раз…

Алан сжался, Рон вздрогнул.

— Подождите, — Флер встала, подошла поближе к проектору и прикусила губу. — Давайте посмотрим вторую пленку. Там что-то такое мелькнуло ближе к середине.

— А можно я выйду? — чуть дрогнувшим голосом спросил Рон.

— Нет, — отрезал Спирс. — Вы сами в это в путались, сидите и терпите.

— Я не впутался, — пробормотал Рональд, — меня впутали некоторые догадливые…

— Смотрите! — вскричала Флер. — Смотрите, остановите пленку здесь!

Кадр замер. Видимо, в этот миг Нокс оглядывался по сторонам и на самой грани видимости его взгляд выцепил какой-то силуэт. Видение было настолько мимолетным, что в сознании самого Рона даже не отпечаталось.

— Похоже, это какой-то человек, — произнес Тарлах, придирчиво изучив картинку. — Но…

Начальники отделов пристально всматривалось в полуразмытое пятно, страшась опознать кого-то из подчиненных.

— Это женщина, — вдруг ясно и четко прозвучал в тишине голос Грелля. Шинигами вздрогнули и покосились на красное недоразумение. — Это женщина, — повторил жнец. — Посмотрите на ноги. Никто из мужчин в Департаменте не ходит с открытыми ногами. Никто из женщин в Департаменте не носит брюки. И еще у нее длинные пышные волосы.

Следственный эксперимент проводили после полудня. Спирс сидел на стуле, наотрез отказавшись ездить в коляске; Малена сверлила его мрачным взором — настолько невоспитуемые пациенты ей еще не попадались; Алан и Ронльд тоже были тут, вместе с наставниками. Уильям счел, что в толпе старших даже с такими стажерами, как эти, ничего не случится. Нед Старк отирался здесь же. Вентиляционные турбины вращались так, как будто ничего и не случилось.

— Ну что ж, приступим, — деловито начал Тарлах. — Для чистоты эксперимента возьмем одну даму, раз уж диспетчер Сатклифф так настаивает, и одного джентльмена, — взор большого босса скользнул по толпе сотрудников и остановился на главе шведского отдела, Густаве Линдгрене. Швед был похож на бронированный трехстворчатый шкаф и выделялся в толпе, словно слон среди пони. — Густав, попробуйте открутить прут у первой решетки. Что касается дамы…

— Я попробую, — заявила Флер.

— Мадемуазель, а вы уверены…

— Уверена!

— Принесите стремянку, Нед, — вздохнул Тарлах.

— Ах, какой цирк, — пробормотал Грелль, с интересом переводя взгляд с могучего шведа на хрупкую француженку. — Поспорим, кто быстрее?

— Не думаю, что у нас получится, — ответил Рон. — Все поставят на этот морозильник. А жаль…

— Нашел, о чем думать, — пробормотал Алан. Пока «испытуемые» корпели над болтами и зажимами, юноша нашел в толпе Старка и направился к псарю.

— Извините, пожалуйста…

— Мгхм?

— Вы присматриваете за собаками?

— Ну, я.

— А они не выберутся из клеток снова? — обеспокоенно спросил Алан. Старк качнул головой.

— Нет уж, одного раза хватит. Я там слежу теперь. Инструменты в железный шкаф запер. Снотворное им все время сыплю.

— Разве вы их не боитесь? — юноша кивнул на решетку у четвертой турбины. — Они же даже стальной прут погрызли!

— Боюсь, а то как же. Адские твари, мозгов мало, норову много. Ну а что поделаешь?

— А правда, что раньше их было пятьдесят?

— Правда.

— И как же вы с ними справлялись?

— А у меня два помощника имелось, — Нед хмыкнул. — Другие были времена. И я тут весьма уважаемым человеком считался.

— Они, наверное, часто ломают ваши эти… ну, чем вы их кормите и все такое.

— Бывает. У каждой адской гончей пасть — как медвежий капкан, а про аппетит и говорить нечего. Я их с ночи голодными выпускаю, а на утро мясом приманиваю в клетки.

— А если какая-нибудь собака не вернется?

Нед пожал плечами.

— На то есть арбалет с ампулами, сеть и крюки, чтоб волочь куда надо. До восьми часов надо всех в вольер загнать.

— А Цебби?

— Ну, Цебби все время на цепи. Его-то так просто в клетку не втащишь, но вот на целого поросенка он хорошо идет. Анис любит, не без этого.

— Понятно… Спасибо…

Задумчиво покусывая губу, стажер вернулся к наставнику.

— О чем ты с ним говорил? — поинтересовался Эрик.

— Спрашивал, не выбегут ли гончие снова.