– Я это не одену, - заявила та же холёная блондинка, которая отказывалась пить живчик.

– Не надену, - поправил её Маньяк.

– Что?
– не поняла та.

– Русский в школе учила? В этом случае правильно говорить «не надену», - с раздражением проговорил Маньяк.

– В чём проблема?
– участливо поинтересовался я, хотя эта особа и меня начинала бесить.

– Да всё это барахло стоит дешевле моих туфлей, - скривилась блондинка.
– И вообще, я не собираюсь выглядеть как пугало.

– Туфель, - почти прорычал поборник правильного русского языка.

– Рад за тебя, - усмехнулся я.
– Можешь взять их с собой, но сейчас нужно одеться так, чтобы ты смогла дойти до стаба.

– Ага, щаз!
– блондинка хмыкнула, окинула нас презрительным взглядом и демонстративно отвернулась к стене.

Да она над нами издевается! Нет, ну не может же она быть настолько тупой? Видимо, и в голову Маньяку пришли подобные мысли. Он отвесил сумасбродной девице смачный подзатыльник, та взвизгнула и отскочила к стене.

– Ах ты! Да вы...!
– слова не сразу пришли к ней на ум, видимо, от возмущения и удивления. Надо признать, жест Маньяка и для меня оказался неожиданностью, - хоть я его и вполне одобрял, просто в голову не пришло, что так можно, а ведь оказалось, даже нужно.

– Хамло, уроды, - отошла от первого шока блондинка, Маньяк в ответ лишь улыбнулся.

– Да вы знаете, кто мой папа?!
– продолжала бесноваться девица.
– Я дочь мэра, я к себе уважения требую, - улыбка сползла с лица парня.
– Да он вас...
– но что с нами бедными станет, я так и не узнал.

Маньяк почти неуловимым для глаза движением придвинулся к девушке почти вплотную, та вжалась в стену за спиной, побледнев от страха, сразу растеряв весь свой апломб. И было от чего - черты лица парня заострились, в глазах плескалось бешенство, во всём его облике теперь явственно угадывалось что-то звериное.

– Рот закрыла, - рыкнул ей в лицо преобразившийся парень.
– Слушай внимательно, кукла, твой папа, если он здесь, сейчас гадит в штаны и пытается найти пожрать, если его самого ещё не сожрали, так что либо ты слушаешь, что тебе говорят, либо валишь отсюда нахрен!
– прорычав это, Маньяк чуть остыл и, отойдя на шаг, продолжил уже нормальным голосом.
– А уважать твоего отца в прошлом мире я, может быть, и стал бы, тебя - не за что, не заслужила. Пока единственное твоё достижение - это то, что ты сумела меня выбесить, это непросто, а ещё и в живых остаться...
– Маньяк покачал головой и усмехнулся.

– Пять минут тебе на сборы, - подытожил я беседу.
– Либо идёшь с нами и слушаешь, что тебе говорят, и делаешь, без лишних выкрутасов. Либо я в твою защиту пальцем больше не пошевелю - будут тебя твари жрать, сделаю вид, что ничего не происходит. В общем, решай, или ты с нами и наши условия принимаешь, или нет, тогда и тебя для нас больше нет.

***

Воздух вокруг можно было нарезать ножом, паковать по пакетам и продавать под маркой «духота, зной и напряжение». В странах с жарким климатом - Италии, Испании, Греции, - люди придумали сиесту, послеобеденный отдых, - в самое знойное время дня эти мудрые люди придаются безделью и неге, отдыхают, в общем. А мы, как проклятые, вынуждены переться в самую жару через раскалённый город. И ладно бы просто идти, нет, нам приходится через него пробираться - перебегать от укрытия к укрытию, закладывать крюки и зигзаги, и ни на секунду не ослаблять внимания.

После взбучки, которую Маньяк устроил блондинке, наши подопечные были малость пришиблены и собирались дальше без лишних споров и рассуждений, даже нытья по поводу тяжёлых рюкзаков не было. Да что там, даже на почетную миссию, возложенную на Кола и Крепыша, возражений не последовало - мужики, узнав, что им предстоит тащить тяжеленный пулемёт, только хмуро кивнули, ну и Кол ещё вполголоса матюгнулся, когда они взваливали его на плечи. А патроны к пулемёту, тоже, надо сказать, совсем не лёгкие, мы распределили по рюкзакам девушек, как и львиную долю вещей и провизии.

Мы с Маньяком, конечно, тоже шли далеко не налегке, но я вообще опасался, что люди, неприспособленные к «кочевой» жизни, да ещё и женщины, окажутся неспособны нести на себе вещи и припасы на три дня и все это тяжким грузом ляжет на наши плечи. А ещё ведь и защищать их надо и следить, чтоб глупостей не делали, - в общем, не было печали, спасли прекрасных дам, ну и двух юношей.

Как там было...? «Юноша бледный со взглядом горящим», кажется. Наши юноши сейчас были красными со взглядом потухшим - ещё бы, мне и без тяжеленной железной дуры на плечах жарковато.

А следом за ними, чуть пригнувшись, идёт брюнетка, та самая, которая подмигивала Маньяку и жалела, что мы подглядывать за ними не собираемся, как её... Лена - не Лена, Оля - не Оля, не помню. А ничего так вид, даже в не совсем по размеру подобранной одежде формы у девушки очень соблазнительные - все в нужных местах и хм... нужных размеров.

Вот ведь мысли в голову лезут! Вроде совсем не до того должно быть, всё внимание сконцентрировано на происходящем вокруг и всё такое, но процесс уже успел стать чисто механическим - осмотреться, прислушаться, перебежать к укрытию, оглянуться, снова прислушаться и так далее. В общем-то, ничего сложного, мозг абсолютно не нагружает.