Ближайшие родственники, у кого побывали родители Инны, сидели тихо, не торопясь выгораживать самодержавного арестанта. Быть Никитиным стало слишком непопулярно. Министр Нерецкий по-дружески поделился с Михаилом Александровичем известиями из Европы – королевские дома довольно вяло отреагировали на арест российского государя, лишь выразили надежду, что новое правительство проведет тщательное расследование, но никто не жаждал биться за родственников в случае плохого исхода. Сам же министр посоветовал великому князю проявлять активность не в агрессивно настроенном Петрограде или Москве, а где-нибудь в провинции.

– Если бы я только знала! – Натали жестко сжала чувственные губы. – Увы, поторопилась с разводом, иначе бы государя приняла Швеция, как нейтральное в войне королевство. Вилль всегда ко мне прислушивался и смог бы убедить остальных.

– Ты отказалась бы от личного счастья? – спросил Иммануил.

Натали сверкнула синими глазами.

– Чтобы спасти государя и семью? Безусловно.

В ее голосе и словах Иммануил ясно услышал интонации Павла. Родители Инны молча обняли самоотверженную родственницу.

– Попробуем договориться с представителями Дании, - вздохнула Катерина Николаевна.
– Maman готова разместить всех в своем замке, но датский королевский дом и парламент должны официально настоять на передаче брата с семьей под их покровительство.

– Я думаю, мы сделаем все возможное в ближайшее время, - кивнул Михаил Александрович. – А что у вас произошло новенького?

– У нас намечается… свадьба, - развел руками Иммануил.

«Любезный друг» великой княгини Натальи Дмитриевны приехал на пасхальной неделе. Шумно, на тройке в лентах и бубенчиках, впряженной в яркую колымагу, с какими-то шутами и гармонями на козлах и запятках.

– Что это такое? – удивилась с балкона матушка Варвара Георгиевна.

– Хозяин! Хозяюшка! Принимай сватов и жениха! – гаркнули из кареты, дверцы распахнулись, и на улицу выпал здоровенный парень в смокинге с большой белой лилией в петлице и при цилиндре. В руках «жених» держал огромный разноцветный букет.

Иммануил и Инна с любопытством наблюдали из окна спальни за разворачивающейся сценой. В дверях толпились любопытные слуги.

К красочным гостям, еще ничего не понимая, вышли Варвара Георгиевна и Борис Иммануилович.

– Вы не ошиблись усадьбой, господа? – осторожно осведомилась княгиня.

Князь Бахетов подкручивал усы и внимательно смотрел на разношерстную компанию. Он любил чудаков.

По знаку человека с букетом, раздались звонкие переливы гармошек, и веселые, чуть пьяные мужики душевно заорали, слегка невпопад, свадебные частушки.

«Позволь, батюшка, жениться,

Позволь взять, кого хочу.

Не позволишь мне жениться

Я те скулы сворочу!»

Князь Бахетов засмеялся. С запяток соскочил парень с бубном и, ударяя им по ладони в такт, пропел:

«Я искал себе невесту,

Пол-России истоптал.

Друг, признайся, только честно:

Где таку красотку взял?»

Наконец, вперед выступил сам тип с букетом и выдал неожиданно верным красивым басом, ритмично притоптывая щегольскими штиблетами:

«Батюшка, сосватай мне

Девку в дальней стороне.

Чтоб была не тощая,

До любви солощая».

– Боже мой! – прижала ладони к щекам княгиня Варвара Георгиевна, не зная, как реагировать на неожиданный спектакль.

Осмелевшие люди смеялись и подбадривали гармонистов на новые вирши.

Неожиданно из дома выбежала Натали, с красным разгневанным лицом, в распахнутой шубке и небрежно накинутом на голову платке.

– Вот она, моя отрада! – воскликнул «жених», сноровисто сунул великой княжне чудовищный букет и, пока она пыталась перехватить его поудобнее, с воодушевлением запел:

«Если ягода созрела

Надо ягоду сорвать.

Звать невестой надоело -

Так пора женою звать!»

Все присутствующие громко зааплодировали, одобрительно засвистали. Молодой человек легко подхватил Натали на руки и поволок вместе с букетом в дом.

– Этот шут гороховый натолкнул меня на интересную идею по поводу свадьбы, - очнулся Иммануил от созерцания продолжающихся на ступенях дворца песен и плясок под гармошки.

– Кажется, Таша нашла жениха под стать себе! – веселилась Инна.

В памяти Иммануила забрезжило узнавание, едва он взглянул на некрасивое, но мужественное и интересное лицо новоявленного гостя. Инес же радостно поздоровалась с колоритным «женихом», как с давним знакомым. Когда тот избавился от маскарада и явился пред очи старшего поколения, то родители Иммануила и Инны заулыбались, а Владимир и Андрей привычно обняли гостя, осведомляясь о каких-то общих знакомых. Оказалось, оригинальный жених – друг детства Натали и Инны, да и маленькие Бахетовы, бывало, играли в его компании, чего Иммануил, как ни силился, вспомнить не мог.