– Вы космонавты? – выдавил он

– В некотором роде, да, - сказал я, - мы с другой планеты, к тому же из другого времени.

– А, а…

– Почему по-русски?

– Да! – обрёл дар речи пионер.

– Я же говорю, мы из другого времени, но мы русские. Правда, Катя?

– Да, Тоник, так!

– Тоник? – удивился мальчик.

– Антон, - поправился я, - Тоник, это уменьшительное от «Антон».

– А-а-а…

– А тебя как зовут, мальчик?

– Федя, то есть, Вася.

– Так Федя, или Вася? Может, Петя?

– Вася я. Или Петя?

– Успокойся, мальчик, мы не злые, - наконец-то пришла в себя Катя, - Меня зовут Катя, а тебя?

– Вася, - успокоился мальчик. Катя может привести человека в чувство, как и наоборот. Посмотрев на Катю, я убедился, что такая красивая девочка может свести с ума кого угодно. Как мне повезло, что она моя подруга!

– Нам бы перекантоваться где-нибудь, - начал я.

– Что сделать? – удивился Вася.

– Пожить некоторое время.

Глаза Васи опять загорелись:

– Так вы в пионерском лагере! Я скажу Виктору Николаевичу, он позволит!..

– Только не говори, откуда мы взялись.

– А как я объясню, что вы в скафандрах?

– Ой, мы сейчас переоденемся! Кстати, что это за сарай?

– Да, здесь всякий инвентарь нашего завхоза хранится. Он здесь редко бывает.

– Кать, переодеваемся? – Катя кивнула, мы снова вошли в сарай, закрыли дверь, оставшись в полутьме. Катя неуверенно посмотрела на меня:

– И где мы будем переодеваться?

– Предлагаешь вернуться на «Мальчика»? – Катя фыркнула:

– Впрочем, можно и на «Мальчика». Мы вернёмся сюда? – я пожал плечами:

– Возможно, на станцию… - Катя вздохнула.

– Слушай, Тоник, я бы посмотрела, как здесь люди живут.

– Давай тогда, переодеваемся? – я активировал разгерметизацию скафандра, начал выдавливаться из него.

– Тоник! – возмутилась Катя.

– Что? – удивился я, - Отходи вон в тот угол, да и всё. Ты же сама говорила, что будем помогать друг другу переодеваться! Что ли, забыла?

– Да не забыла я, просто это так неожиданно… - Катя сняла свой рюкзачок и пошла в тёмный угол.

– Смыть контактную мазь негде, - ворчала Катя, раздевшись.

– Надо было переодеваться возле озера, или речки, - задумался я.- Но уже поздно.

– Ничего, - сказала Катя, - у нас бельё само очищается.

Мы оделись в трусики и маечки, шортики, и вышли наружу.

Вася округлил глаза:

– Где вы такую одежду взяли?! Инопланетная?!

– У нас другой нет… - смутилась Катя.

– Да любой поймёт, что вы, или из-за границы, или с Марса!

– Не с Марса мы, с Оберона 24… - уточнила Катя.

– Тем более! Что это у вас? – показал он на наш вышитый шеврон.

– Это герб космоархеологов, - пожала плечами Катя.

– Космо… чего?!

– Археологи мы. В космосе ищем исчезнувшие цивилизации, - пояснил я.

– Вы как с Луны свалились! – воскликнул Вася, - Ой! – хлопнул он себя по лбу. – Вы же с этого… как его…

– С Оберона 24, - подсказала Катя.

– Во-во! – воскликнул Вася.

– И что делать? – спросили мы с Катей. Вася задумался, теребя нижнюю губу.

– На тебя, Тоник, пойдёт моя форма, но на Катю нужна девчачья. А я с девчонками не играю, - развязывая галстук, сказал Вася, - Но что-нибудь придумаем.

Вася разделся до трусов и майки, отдал форму мне.

– Вась, а ты как здесь оказался? – спросил я, облачаясь в пионерскую форму. Фирменный костюмчик пришлось снять.

– Я ездил в город, меня Виктор Николаевич посылал. Я член редколлегии, в культтовары ездил, посмотреть, что надо заказать… список у тебя в кармане рубашки. Прохожу здесь, слышу, разговор, решил посмотреть… – Я достал лист из ученической тетради, подал Васе. Шорты мне оказались велики, спас положение ремень. Пришлось проколоть ещё дырочку. Шортики сильно сморщились. Вася хмыкнул, но ничего не сказал.

– Нас кормят, - сказал я, - это просто у меня конституция такая, посмотри на Катю, она любого мальчишку одной левой… - Вася заинтересованно посмотрел на девочку.

– Скажешь, тоже, - смутилась Катя.

– Так, Антон, пойдём, поищем одежду для Кати. Катя, подождёшь?

– Подожду, - вздохнула Катя, - заодно замаскирую наши вещи.

Вася повёл меня по аллее из тополей, посыпанной гравием с песком. Вася, кстати, забраковал и наши кроссовки, уступив мне свои сандалики с носочками. Хоть обувь пришлась мне впору, сам он шлёпал по дорожке босиком.