– Думаю, пора нам посмотреть на твоё хорошенькое личико, не возражаешь?
– издевательски проговорил он.

Глаза юноши в ужасе расширились, он забился, пытаясь вырваться.

– Н-нет!
– выдавил он.

Сириус рассмеялся и выпустил волосы юноши, тот попытался отклониться, но Кингсли толкнул его обратно.

Сириус сорвал серебряную маску, закрывавшую лицо мальчика. То, что произошло потом, он помнил до конца жизни.

Он задохнулся и отшатнулся назад. Кингсли удержал юношу, но, бросив взгляд на его лицо, почувствовал слабость в ногах. Хмури застыл, в шоке открыв рот.

Сириус смотрел на точную копию человека, который был ему ближе, чем брат. Смотрел в ярко-зелёные глаза - без этой жуткой маски сразу стало ясно, что они точно такие же, как у Лили. Других доказательств не требовалось, Сириус точно знал, кто этот юноша. Сын Джеймса и Лили, его крёстный сын.

– Гарри?
– выдохнул он.

Гарри не ответил. Он злобно смотрел на Сириуса, стараясь не поддаваться боли, терзающей его тело.

– Гарри? Ты…ты - Гарри Поттер, - Сириус шагнул к крестнику.

Услышав своё полное имя, юноша поднял голову и глухо, с трудом произнёс:

– Меня зовут Гарри Марволо!

Сириусу показалось, что небо упало на землю. Шагнув к юноше, он схватил его за плечи. Гарри вздрогнул от боли, но не издал ни звука.

– Нет! Ты - Гарри Поттер. Ты сын Джеймса и Лили. Гарри Поттер, - Сириус наивно полагал, что от мальчика скрыли правду.

Не обращая внимания на острую боль в руках, Гарри с силой передёрнул плечами, сбрасывая ладони Сириуса.

– Нет! Я - Гарри Марволо, сын Лорда Волдеморта!

– Гарри, пожалуйста… - Сириус не договорил: вспышки зелёного света возвестили о прибытии новых действующих лиц. «О, Мерлин, только бы это оказался не Джеймс, пожалуйста, только не сейчас!» - взмолился Сириус. Круто развернувшись, он увидел чрезвычайно озадаченного и поражённого Дамблдора и Мадам Помфри, стоящих у камина.

Снова повернувшись к Гарри, Сириус вздрогнул - с такой ненавистью юноша смотрел на Директора.

Дамблдор же, смотрел на Гарри с непередаваемым выражением лица и, казалось, настолько шокирован, что потерял дар речи.

Наконец заговорил Хмури.

– Альбус, вряд ли такое возможно. Должно быть, это ловушка, - он подозрительно покосился на Гарри, точно ожидая, что тот сейчас выпрыгнет из кожи или выкинет ещё какой-нибудь фокус.

– Это Гарри Поттер, я не могу ошибаться, - решительно объявил Сириус, делая шаг вперёд.

– Развяжите его, - спокойно велел Дамблдор Хмури.

– Что?
– озадаченно переспросил Хмури. До Сириуса не сразу дошло, что Дамблдор говорит о магических путах.

– Ах, да… - проворчал Хмури и, пробормотав освобождающее заклятье, взмахнул палочкой.

Гарри тут же прижал повреждённую руку к груди и, не сдержавшись, застонал от боли. Кингсли вздрогнул и отпустил юношу, тот, будучи не в состоянии держаться на ногах, упал. Сириус и Дамблдор одновременно бросились к нему, чтобы помочь, но Гарри, метнув в них разъярённый взгляд, отшатнулся. Дамблдор смотрел на ребёнка, которого когда-то считал «избранным». Он до сих пор не мог поверить в случившееся. Гарри Поттер жив! Это просто чудо.

Гарри быстро, прерывисто дышал. Здоровую руку он осторожно прижимал к боку, чувствуя, что сломанные рёбра буквально торчат наружу. Он ощущал страшную слабость. Голова раскалывалась от боли, к горлу подкатывала тошнота. Он боролся с грозящей поглотить его темнотой.

– Гарри, всё в порядке, мы просто хотим помочь, - предпринял ещё одну попытку Дамблдор.

– Мне так жаль, Гарри, я не знал… Пожалуйста… - Сириус умолк: Гарри опять резко отшатнулся и тут же, приглушённо охнув, закусил губу - движения причиняли неимоверную боль.

Сириус и Дамблдор поспешно отпрянули.

– Кингсли, отправляйся в аврорат, задержи Джеймса. Скажи ему что хочешь, только проследи, чтобы он не появлялся здесь!
– велел Сириус. Тот, белый как полотно, поспешно повиновался, явно чувствуя облегчение оттого, что избавлен от этой неловкой сцены.

– Аластор, ты отвлеки министерских. Нам надо уладить пару вопросов, до того, как они перехватят инициативу, - обратился Дамблдор к Хмури. Старик в ответ заворчал, что это будет довольно трудно.

Никто не обратил внимания на побледневшую Мадам Помфри, которая подошла к Гарри, осторожно помогла ему подняться, довела до кровати и уложила на неё, не встретив ни малейшего сопротивления. Она отвела непослушную чёлку, лезущую ему в глаза, и смущённо улыбнулась.

– Всё будет хорошо, Гарри, Я позабочусь о тебе, - ласково прошептала она. Гарри наконец-то позволил себе скользнуть в спасительную черноту.