– И тебе, сосед. – Подозрительно-настроено ответила я. С ними по одиночке то неуютно, а уж сразу двое, так вообще что-то не подвластное объяснениям.

– Какие у тебя планы на день? – спонтанно поинтересовался Чонгук, пока делал заказ. Предусмотрительно заказал на всех, включая мою недоброжелательную персону. Так сказать, сделал товарищеское одолжение, и мне не стоит возмущаться.

– Большие. – Отвечаю скупо и однобоко, чтобы пресечь любое дальнейше-сказанное предложение. Не располагаю к общению, и мне самой становится неприятна своя враждебность.

– Значит никаких. – Бодро известил Тэхён, ни капли, не смутившись ответу. Думаю, моё мнение здесь не учитывалось по многих причинам, одна из которых: плевать они хотели с большой колокольни на чей-либо отказ. – Не будь такой злюкой. Мы вообще-то со всей душой. – На ноль целых одну сотую секунды меня задел укор вины, и сразу испарился.

– У меня свидание, - непринуждённо вру, честно-пречестно смотря в глаза оппонентам. В таком деле главное не проколоться, и заранее задать темп стойкого тона и уверенности в голосе.

– Случайно не со мной? – кокетливо спрашивает блондин, смотря исподлобья. А мне даже жутко стала при упоминании первого слова.

– Случайно: нет.

– Специально: да. – Подхватывает Тэхён. – Раз сама попалась на глаза, то давай поддерживай дух команды. Всё равно же одна здесь, так чего выпендриваешься? – Да, определённо меня бесит в нём его прямолинейность, которую надобно держать при себе.

– Когда это я сама попалась вам на глаза?

– Ну, во-первых это ты вычистила меня в казино, и я полагаю, именно на эти денюжки ты сейчас шикуешь по отелям. В некоторой степени ты моя должница, согласись. – У меня, что на лбу написано, что я бедная студентка? А вообще мне даже обидно. Не успела вдохнуть полной грудью свободу, как уже заделалась в должницы, и ладно, если объективно судить, но так это же полный бред!

– Новичкам всегда везёт – это факт. А ты так и скажи, что тебя уделала девчонка, и успокойся. Тошно слушать каждый раз одно и то же. – Тэхён легко улыбнулся, облокотился о стул с полуприкрытыми глазами и загадочно осматривал носки своей обуви.

– Во-вторых, это ты стояла на дороге, когда я чисто случайно проезжал мимо.. – продолжил уже Чонгук.

– .. и чисто случайно принял меня за проститутку. – Перебила я. И как-то в момент у меня внутри много слов обнаружилось, и сказать то было чего, и говорить собственно хотелось, потому что надо было практиковать людскую речь, чтобы случайно не забыть от долгого молчания.

– Ты трусливо сбежала, - подначивая меня, бросил Чонгук.

– Трусливо? А мне стоило пожать тебе руку и объяснить, что произошло недоразумение? – я боковым зрением ловила на себе ироничные взгляды Тэхёна, вспоминая его поцелуй в пабе и слова о моей наигранной недоступности.

– Может быть. Мы могли познакомиться и в спокойной обстановке переждать дождь как нормальные люди.

– У тебя в кровати? – Чонгук усмехнулся, подтверждая выдвинутую теорию.

– Ну, знаешь, там тепло, как ни странно. А у тебя все мысли к одному сводятся, многоуважаемая Ан Хуан. – Уже обнажая зубы, издевался блондин. Вот тебе и дух команды, вот тебе и приятная компания, вот тебе пляжный отдых.

«-Безобразие» - отвечаю мысленно, как всегда, не издавая звука по глупости своей. А стоило не брать пробел для своевременных суждений очереди.

– Чонгук, не надейся.. – хмыкает Тэхён. – Прими уже.
– Что принять следовало блондину, мной было не исследовано: буддизм или моральные ценности? Или всё сразу, с остылом на мою «непорочность». Чонгук загадочно сверкнул в сторону брюнета, они что-то друг другу передали на телепатическом канале связи товарищеской, и он ударил по столику, приказав нам поднять якоря.

– Свистать всех наверх! Рифы брать! – недоумённо вжавшись в стул, меня потянули за руку, заверив в безопасности следующих перемещений. Идя на поводу собственного любопытства, я покорно шла следом за новоиспечённым капитаном и его верным секондом*, (я, вроде отвечала за боцмана), которые выводили наш нестройный состав в три шеренги на автомобильную стоянку.

У руля снова был блондин. Закрыв крышу кадиллака от холодного дождя, мы тронулись с места. Тэхён молчаливо созерцал вид за окном, следя за стекающими каплями или может, размышляя о какой-то серьёзной проблеме: своей или человечества? – меня это никак не касалось, однако по ошибке волновало. Чонгук немного приободрился и, стуча пальцами по обтянутому кожей рулю с вкраплениями, напевал мотив неизвестной мелодии. Так как лишь я одна была не занята обмусоливанием дел насущных, важных и требующих внимание, бедной мне приходилось вслушиваться в мычания на переднем водительском сидении и подмечать, что у наглого блондина довольно неплохо получалось это делать, и только поэтому я всё ещё не сомкнула руки на его глотке, прекращая концерт.

С каждой минутой всё дальше отдаляясь от отеля, меня всё больше беспокоил наш маршрут. Вокруг уже не было много травы и скалистых берегов, мы метались между заковыристых дорог в жилом комплексе зданий, населённом жизнью местного немногочисленного населения. Радовало то, что здесь также было много камелий, дикорастущих по обочине главной дороги, и так приветливо ярко дополняя летний окрас корейскому полуострову. Слушая указы женского поставленного голоса навигатора, последней сказанной фразой «поверните направо» ознаменовало остановку, завершая поездку. Вывеска места, у которого мы расположились, гласила название «Jewelry gold», рассказывая о деятельности своих мастеров. Почему два мужчины потащили меня в ювелирный магазин не то, чтобы было для меня загадкой и удивляло, скорее, заставляло задержать дыхание, прислушавшись к пояснениям. Но никто не собирался заняться участью экскурсовода-рассказчика, и меня вежливо попросили покинуть автомобиль, чтобы всем вместе пойти в магазин, и уже на там хоть что-то объяснить.