Не двигаясь, я чуть повернула голову и окинула Фергюссона внимательным взглядом. Его лицо сохраняло равнодушное выражение и глаза смотрели на меня необычайно серьезно. Было видно — он не пытался меня запугать. Мужчина действительно верил в о, что говорил. Помолчав пару секунд, я всё же спросила:

— И что ты мне предлагаешь?

— Учиться, — пожал плечами Кай, — Научись бороться с тварями. Подумай об этом. Переспи с этой мыслью ночь, две — если хочешь — и прими решение. Если оно будет верным — я готов учить тебя.

Нет, он точно безумен, если думает, что я хотя бы минуту потрачу на то, чтобы обдумать его предложение. Позволить ему учить себя — значит признать, что угроза реальна. Ну, нет, с этим я точно не готова смириться. Поэтому, покачав головой, я ничего не ответила и вышла из квартиры, хлопнув дверью.

Тварей я почему-то больше не боялась. Куда больше меня сейчас пугали люди. Особенно те, кого я оставила позади.

Адриан.

— Итак, ты — Норна, — задумчиво сказал я, рассматривая сидящую передо мной девушку, — А где остальные две?

— Нет никаких «остальных», — покачала та головой, — Те, кого считали Богинями Судьбы — Урд[3], Верданди[4] и Скульд[5] — были сестрами, и моими предками. После них все женщины моей семьи наследовали их силу. Так уж вышло, что я — единственная их воспитанница. Знания сестер хранились и передавались в моей семье из поколения в поколение.

— Вау, — присвистнул я, потрясенный, — Прости мне мое любопытство, но как именно вы передавали знания? Я имею в виду — у тебя есть книги, записи какие то?

Хелена тонко улыбнулась:

— Нет, в семь лет меня начали учить и готовить к обряду посвящения. В пятнадцать мои мать и бабка провели ритуал. Детали я опущу, но основная его часть — испить из специальной чаши кровь Первых, смешанную с вином и кровью живых Норн. Таким образом, их сила, воспоминания и умения перешли ко мне. Поэтому, я помню всё, что происходило во время первого Мора. И знаю свою роль. Норны в каком то смысле — оруженосцы Хранителей. Или младшие помощники. Моя задача — подготовить вас. А когда вы закончите обучение — передать вам Реликвии. Уж простите, что у вас есть только я — с сестрами мне не очень повезло.

— Жуть какая этот ваш обряд, — скривился я, разглядывая девушку всё с большим любопытством.

Она же, в свою очередь, чуть поежилась под моим взглядом и уж открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут мрачный Кай решил напомнить о себе. Будто про его присутствие вообще моно забыть.

— Простите, что прерываю вашу душещипательную беседу, смешанную с воспоминаниями. Но может быть, мы вернемся к более насущным проблемам?

— Ты про Давину? — на лице юной ведьмы появился отпечаток грусти, — Как бы мне не хотелось это признавать, но Ди — больше не наша проблема.

— А чья тогда? — нахмурился Кай.

— Только ее. Хранителем нельзя стать насильно. Она должна придти добровольно. Сейчас Давина чувствует себя преданной, ей нужно успокоиться.

— А тот факт, что она ушла куда-то совершенно одна — тебя не заботит?

— ей ничего не грозит, — покачала головой Хелена, — отвар, который я ей дала, не только успокаивает, но и дает защиту. Этой ночью ей можно не опасаться Теней. А тебе нужно сесть и успокоиться.

Невольно я проникся девушке уважением. Надо же — такая молодая, а умудрилась предусмотреть побег своей подруги.

— Фергюссон, послушай ее. Она была с Давиной задолго до нас.

— Я знал ее еще раньше, — упрямо возразил мужчина, но послушно сел на стул, с которого успел вскочить, обуреваемый эмоциями.

— Ты знал Лету, — спокойно возразила ведьма, — сейчас Леты нет, есть только Давина. Так что слушай меня.

На лице Кая отразилась целая гамма эмоций — от раздражения до откровенного упрямства, которым он всегда славился. Однако, дураком он тоже не был. Поэтому, помолчав, он кивнул:

— И что ты предлагаешь?

— Ждать. Сейчас воспоминания Леты спят, но как только Давина придет к нам добровольно — она начнет вспоминать. И вот тогда-то тебе, Кай, придется быть рядом с ней почти всё время.

— Почему ему? — нотки ревности, прозвучавшие в моем голосе — судя по взглядам этих двоих — мне скрыть не удалось.

— Потому что подсознательно Давина может доверять только ему. Ее сознание уже сейчас пытается пробиться через блок, посылая сны. Сны с тобой, Кай.

Глаза моего товарища слегка расширились.