— Я услышал тебя, ведьма, — кивнул он.

— А сейчас — не смею вас задерживать. День был долгим, а ночь — трудной, — Хелена кивнула на входную дверь.

Нас выгоняли, и даже не пытались это замаскировать за личиной вежливости. Переглянувшись, мы с Каем быстро собрались — и покинули обитель Норны.

Оказавшись на темной улице, я глубоко вдохнул холодный воздух ночного Лондона и повернулся к Каю. Он изменился. Очень. Из глаз уже давно пропало то выражение, которое я хорошо запомнил. Так смотрит дикий зверь, загнанный в угол, но который собирается бороться до последней капли крови. Сейчас же он чувствовал себя королем положения — надменный, уверенный в себе холеный красавец, одним движением руки вершащий судьбу многих людей в своей компании.

Одно оставалось неизменным между нами — ревность. И это грозило всё испортить. Однако, поделать я с этим ничего не мог — это чувство прошло с нами огонь, воду, и года.

— Фергюссон, в этот раз все может получиться иначе.

Закадычный друг повернулся ко мне и ухмыльнулся:

— Я в себе уверен.

— Времена изменились, — возразил я, — И мы тоже. Твой мрачный романтизм уже не считается привлекательным.

Кай окинул меня своим фирменным снисходительным взглядом. От этого я мгновенно почувствовал, как внутри поднимается волна раздражения. Но я мог ее подавить с трудом, но мне то удалось. А Фергюссон, между тем, с неизменной ухмылочкой, ответил:

— Настоящие мужчины всегда привлекательны. И ты сам в этом убедишься, док.

Махнув рукой на прощание, Кай развернулся и зашагал к своей машине. Я же секунду постоял, глядя ему вслед и искренне прося всех известных мне богов дать мне сил не убить своего друга. Он же не виноват в том, что мы уже много лет любим одну и ту же женщину.

Однако, сдаваться я не панировал тогда — не собираюсь я этого делать и сейчас. Поэтому, пробормотав себе под нос:

— увидим, — я, наконец, сел в свой автомобиль.

[1]Хель — повелительница мира мёртвых Хельхейма.

[2]Муспельхейм — страна огненных великанов, огненное царство.

[3]Урд — «прошлое» или «судьба», старшая сестра Норн.

[4]Верданди — «настоящее» или «становление», средняя сестра.

[5]Скульд — «будущее» или «долг», младшая сестра

Глава 10. «Хочу, чтобы ты учил меня»

Давина.

— Эй, Кук! Земля вызывает Кук! Приём, как слышно?

Я вздрогнула, выныривая из своих мыслей, и сфокусировала взгляд на Билле, который махал рукой перед моим лицом.

— А? Что такое? — рассеянно спросила я.

— Ты мне скажи. Сидишь уже минут десять и болтаешь трубочкой в соке с безумным взглядом.

— И ничего у меня не безумный взгляд, — я огрызнулась, прекрасно понимая, что друг прав.

Как всегда, мне захотелось убежать от проблем в спортзал. Друг, конечно же, поддержал мое стремление довести свое тело то ли до совершенства, то ли до полного изнеможения. Но факт оставался фактом — обливаясь потом на тренажерах и бегая по дорожке до судороги в мышцах, я совершенно не думала о том, то произошло всего несколько часов назад.

Однако сейчас, сидя в кафетерии, я чувствовала, как воспоминания снова давят на мои плечи, заставляя всё глубже погружаться в свое сознание — и ничего с этим поделать не могла. Так недолго и с ума сойти.

— Ди, что случилось? — чуть мягче спросил Билл.

— Да ничего, — дернула я плечом, — Просто задумалась.

— О чем-то очень неприятном? Кук, я знаю тебя. Тебя что-то гложет. И хоть я и не люблю копаться в чужой личной жизни…

— Да неужели? — я не смогла удержаться от саркастической ухмылки, перебивая тем самым Вэррика.

Человек, который зарабатывал на сплетнях — и не любит копаться в чужом грязном белье? Не смешите ми колени. Мой мир, конечно, за последние недели, немного слетел с катушек, но не до такой же степени.

— Именно, — кивнул мужчина с самым серьезным лицом, — Сколько я тебя помню — у нас никогда не было секретов. Хватит увиливать, расскажи старику, что у тебя стряслось.

Против воли я заколебалась. У меня действительно никогда не было тайн от Билла — он пользовался моим безграничным доверием. Но рассказать то что меня мучило — это была связано с некоторой опасностью. Например — загреметь в психушку. Но увидев серьезный взгляд, в котором читалось искреннее беспокойство и желание помочь, я вздохнула:

— Чуть меньше месяца назад, я познакомилась с тремя людьми…

И я рассказала все. Не упустила ни одной детали, не умолчала об участии нашей общей подруги в этой истории. Рассказ занял не очень много времени, и за эти минуты лицо Билла поменяло несколько выражений — от недоуменного, до откровенно неверящего.

— Знаю, ты думаешь, что я сошла с ума, — выпалила я сразу после своего рассказа, — Но я видела всё это своими глазами! Хотя, — добавила я горько, — Иногда я сама сомневаюсь, не свихнулась ли.