«Если я хочу перейти Горизонт, то я должен перешагнуть его. Если же я хочу… оказаться в нём, то я должен наступить на сам Горизонт». – Именно так говорила мне Онка. Перешагнуть… Не сразу я понял всей истины в этих загадочных указаниях, пока моя рука не протянулась к Горизонту. Мои пальцы исчезали в нём, погружаясь в Горизонт. Чувствовал я дуновение ветра кончиками своих пальцев. Мои пальцы… чувствовали ветер моих земель! И если я «перешагну» через Горизонт, то перейду к землям тёмным, Ордену показываясь! Должен был я наступить на самый край Горизонта! И наступив на него… провалился я в щель невидимую.

Начал падать в пропасть бездонную, в белизну пустынную, без конца и края. И падению моему не было конца, ибо я и не падал вовсе. Я «находился» в месте этом. Существовал. Всё как во снах моих. Не видел я и малейшего очертания в белизне этой, оглядываясь по сторонам. И в душе моей горела уверенность в следующем шаге, ибо мне известны все извилины моего пути. Мне нужно было дождаться нужного знака…

«И почему он вернулся? Так скоро…» - я слышал голос Рыцаря, эхом проползающий по белизне необъятной. Именно этого знака я ждал.

«Я вернулся, ибо я желаю знать ответы на свои вопросы».
– в ответ на слова свои уверенные я услышал усмешку. Усмешка Даемона, отвергающего истину моего появления. Произнёс он со всей серьёзностью в голосе грубом:

– «И кто ответит тебе на них, юный человек?»

И развернулся я, узрев за спиной своей беседку. Узрев Рыцаря и Даемона, все ещё играющих в свою игру.

«Два рыцаря, застрявших за игрою в Шахматы».
– Именно таким был мой ответ. В удивлении обернулись Рыцари, разглядывая меня. В глазах их горел огонь, и огнём этим они не напугают меня. Сразу увидели они во мне истину. Знал я их имена, их историю. Мне даже не нужно взывать к этим Рыцарям, ибо они знают всё наперёд.

«Уже как шесть сотен лет мы сидим тут, юный человек. Довольно странно, что тебе известна наша история», - Даемон был не слишком доволен моими знаниями. Да, я знал их историю.

Рыцари эти равны в силах своих, и сражались они у портала между мирами, пока Рыцарь-Даемон не разрушил их. Так и застряли в самых глубинах Горизонта эти Рыцари, сражаясь без устали. Вскоре они не нашли в своих стараниях смысла и, блуждая по просторам Горизонта, поняли всю суть. Они могут выйти из Горизонта в любой момент, но возвращаться в страдающие земли своих народов они не хотят. И потому, забыв про свой долг и про семьи свои, стали они вечными Легендами в месте этом. Два Героя–Хранителя, играющих в шахматы.

«В этом нету ничего странного, ибо твой род вновь помог ему», - слова Рыцаря вызвали у Даемона лишь ухмылку лёгкую. И обернулся Рыцарь ко мне, задаваясь вопросом: - «Что тревожит тебя? Зачем ты вернулся в пустоты безграничные?»

«В белизне этой выжидает своего судного дня… женщина», - Рыцарь, судя по лёгким покачиваниям головы, был заинтересован моими словами. А как только в словах моих появились более чёткие картины – Обернулся и Даемон, вслушиваясь в мои слова: – «Она – Даемон, отдавшая себя человеку. Человек этот умер на её глазах, а чадо её оказалось в руках убийц. Я ищу её».

«Вот как…» - и задумался Рыцарь-Даемон, разглядывая меня своими ярко-красными глазами, горящими в тенях. В раздумьях своих он взглянул на своего друга, коснувшись своим пальцем деревянной фигурки на доске шахматной. – «Не находишь это немного… странным?»

«Ещё как нахожу. Ты когда-то ведь говорил мне, что одна из твоих родственниц дальних, или даже внучек, оказалась подобной жертвой. Что она пришла сюда… каяться вечно за поступок свой», - Рыцарь спокойно разговаривал об этом с Даемоном, и тот лишь кивал ему молчаливо. Слегка рассмеялся Рыцарь этот, взглянув на меня вновь. И спросил он меня: – «Как зовут тебя?»

Подобного вопроса не ожидал я. Не был я готов к нему, потеряв дар речи на короткое мгновение.

«И-иорфеем меня зовут».
– ответил я Рыцарю удивлённо, и тот, вновь повернувшись к Даемону, указал пальцем на одну из фигурок на своей стороне.

«Эту пешку я Иорфеем называю». – Рыцарь провозгласил свой выбор, приподняв одну из фигурок пальцами и засмеявшись вместе с Даемоном. Не знаю, почему он решил прозвать одну из своих пешек моим именем, но я был слегка… взволнован подобным решением. И сделал он свой первый ход фигуркой этой, махнув рукой в сторону Даемона. Настал его черёд.

«Как зовут её?» - спросил меня Даемон, не кидая на меня взгляда своего, оглядывая фигурки с задумчивым видом. Я же знал, чего он ожидал от меня, и гласом спокойным я произнёс ему:

– «Мика».

Вздох я услышал тихий, и вышел он изо рта Даемона этого. Сделав свой ход, он приказал мне строго:

– «Обернись».

По указу Даемона отвернул я свой взгляд от Рыцарей… и увидел очертания тёмные. Кто-то… или что-то стояло вдали. С каждым аккуратным шагом я мог разглядеть все больше и больше красок, очертаний. Это было… живое существо. Одеждами чёрными, от головы до пят укрытое. И только подобрался ближе я к этим очертаниям – вздох я услышал.