На палубе луна и все еще горящие огни Делипая сделали ночь темно-серой. Я услышал голоса и тихо подошел к носу.

– Ты подтягиваешь якорь, - обвинял Клеф.

– Начался прилив, а дно мягкое. Вряд ли я виноват, что якорь не держится, - голос Совершенного звучал нетерпеливо, как у мальчика.

– Я позову всех членов экипажа, которые сейчас на борту, чтобы удержать тебя на месте, возможно, придется снова поднять и бросить якорь.

– А может и нет. Мне кажется, что сейчас он держится. Возможно, он просто проскользнул.

Я остановился, стараясь дышать как можно тише. Я посмотрел на город и попытался определить, сдвинулся ли корабль. Я не мог понять. Но, посмотрев на Проказницу, я убедился, что он это сделал. Расстояние между двумя живыми кораблями сократилось.

– О, боже. Снова проскользнул, - корабль как будто извинялся, но уж больно весело. Мы приближались к Проказнице. Она, казалось, не замечала нас, ее голова была опущена на грудь. Она спала? Нуждается ли корабль из диводрева во сне?

– Совершенный!
– предупредил его Клеф.

– Опять проскальзывает, - объявил корабль, и теперь наше перемещение к другому живому кораблю стало явным.

– Все наверх!
– резко взревел Клеф. Его свист пронзил мирную ночь.
– На палубу!

Я услышал крики и шлепанье ног на нижней палубе, а затем Совершенный заговорил:

– Проказница! Я перетаскиваю якорь. Держи меня!
– Проказница вздрогнула, приходя в себя, подняла голову с широко раскрытыми глазами. Совершенный протянул ей руки, умоляя, и спустя мгновение она потянулась к нему.

– Мой бушприт! – крикнула она, и они едва избежали катастрофы. Совершенный поймал ее за руку и впечатляюще мощным рывком приблизился к ней почти вплотную. Это привело к сильному раскачиванию обоих кораблей, и я услышал тревожные крики экипажа Проказницы. Мгновением спустя Совершенный обнял ее одной рукой, несмотря на усилия, с которыми она пыталась его оттолкнуть.

– Спокойно!
– предупредил он ее.
– Иначе ты безнадежно запутаешь нас обоих. Я хочу поговорить с тобой. И я хочу касаться тебя, пока говорю.

– Оттащите его!
– крикнула она своей высыпавшей наверх команде, тщетно пытаясь оттолкнуться от его рельефной груди.

Клеф выкрикивал команды своему экипажу, кто-то сердито проклинал его с палубы Проказницы, требуя ответить, к какой разновидности идиотов он относится. Клеф пытался объясниться, одновременно лающим голосом отдавая команды своим.

Хохот Совершенного заглушил всю эту какофонию. Кроме голоса Проказницы.

– Уберите его от меня!
– покрикивала на свою команду Проказница. Но Совершенный ухватил ее за волосы на затылке и отогнул голову назад, так что ее обнаженные груди подались к нему. К моему удивлению, он наклонился и поцеловал одну. Когда она вскрикнула от возмущения и вцепилась в его лицо руками, он сильнее потянул ее за волосы. Свободной рукой он дотянулся и схватил сразу несколько канатов из такелажа ее бушприта. На ее удары он не обращал внимания.

– Не пытайтесь меня оттолкнуть!
– предупредил он ее экипаж.
– Убирайтесь с фордека. Вы все! Клеф, отправь всех обратно. И вы, с Проказницы, вернитесь на свои койки. Если только среди вас нет Бойо. Пошлите его ко мне, если он там. Если нет, оставьте нас в покое!
– он снова наклонил голову, чтобы поцеловать Проказницу, но она схватила его за волосы и попыталась их выдрать. Он позволил ей погрузиться руками в его шевелюру, а затем внезапно одеревенел.
– Как ты думаешь, это дерево чувствует боль?
– потребовал он ответа.
– Нет, если я не позволю этого. Но что ты чувствуешь, когда я тебя целую? Ты помнишь гнев Альтии, когда Кеннит принудил ее? Сохранила ли ты это воспоминание, или она лишь моя, эта боль, которую я поглотил, чтобы она смогла исцелиться? Так же, как забрал боль Кеннита от того, что творил с ним Игрот. У тебя остались только человеческие воспоминания? Что ты чувствуешь, деревянный корабль? Или дракон все еще скрывается в тебе? Однажды ты назвала себя Молнией. Вспоминаешь ли ты об этом? Вспоминаешь ли ярость королевы - драконицы, взмывающей ввысь и бросающей вызов всем возжелавшим покорить ее? Кто ты сейчас, Проказница? Женщина, которая борется с мужчиной, или королева - дракон, которая бросает вызов своему партнеру?

Внезапно она прекратила борьбу, ее черты приобрели вид ледяной надменности аристократки. Затем, не обращая внимания на руки, вцепившиеся ей в волосы, она покачала головой и уставилась на него глазами, пылающими чистой ненавистью.

– Безумный корабль! – крикнула она ему.
– Отверженный! Что это за умопомрачение? Ты что, хочешь утонуть прямо здесь, в гавани Делипая? Ты не подходишь мне, ни как женщине, ни как дракону.

Краем глаза я увидел лодку, отчалившую от Проказницы, четверо мужчин яростно гребли в сторону Делипая, несомненно, чтобы предупредить кого-то и попросить о помощи. Если Совершенный и видел это, то не обратил внимания.

– Ты уверена?
– когда он произнес эти слова, я почувствовал пульсацию изменений, разошедшуюся по кораблю.

– Я уверена, - презрительно сказала Проказница. Она отвернулась от него.
– Чего ты хочешь от меня?
– тихо спросила она.

– Я хочу, чтобы ты вспомнила, что ты дракон. Не корабль, не слуга людей, которые плавают на тебе, и не бесполое существо, заключенное в теле женщины. Дракон. Как и я. Когда он произносил это, он менялся, возвращаясь к образу полудракона. Я обнаружил себя стоящим с плотно сплетенными на груди руками, установившим свои стены. Я пытался приглушить в себе Скилл и Уит, словно жертва, которой угрожает хищник. Я видел, как темные завитки волос на его затылке превратились в драконий гребень, и как его шея становилась все более длинной и гибкой.