И Хеби, и Тинталья совершенно успокоились. И снова я ощутил поток общения между ними. Я задавался вопросом, были ли посвящены в предмет их разговора другие драконы или кто-то из Элдерлингов. Сквозь толпу протискивался генерал Рапскаль. Он был одет очень просто, в гамаши и кожаную рубашку, руки были грязными, будто он только что оторвался от какой-то работы.

– Хеби! – закричал он, увидев ее, а затем остановился. Он оглянулся на собравшихся Элдерлингов и драконов, увидел меня и поспешил в мою сторону. Подойдя, он вытащил из ножен свой кинжал. Я потянулся к собственному и был поражен, когда Лант оттолкнул меня в сторону и встал между Рапскалем и мной. Не обращая внимания на ощетинившегося Ланта, Рапскаль окликнул меня:

– Хеби вызвала меня, чтобы защитить тебя. Я пришел тебе на помощь!

Лант смотрел на него в изумлении. Я ощутил на мгновение потрясение, а затем злость, когда и Пер вмешался в ситуацию.

– Назад! – цыкнул я на мальчишку, но он сообщил мне:

– Ваша спина, сэр, да, я буду охранять вашу спину!

Это было не то, что я имел в виду, но хотя бы удалило его от клинка Рапскаля.

– Не понимаю, – пожаловался я Рапскалю, и он потряс головой в том же недоумении.

– И я тоже. Я добывал воспоминания, когда Хеби срочно меня вызвала, чтобы защищать тебя здесь. Затем она исчезла из моего сознания, будто была убита! Это испугало меня, но вот я здесь, чтобы исполнить ее волю. Я буду защищать тебя или умру.

– Хватит болтать! – Тинталья не ревела на нас, но сила ее мысли, приложенная к словам, почти оглушила меня. Хеби сохраняла бдительную позицию между безмерно огромным синим драконом и мной, но это было небольшое укрытие. Тинталья возвышалась над ней и могла легко плюнуть кислотой, если бы захотела. Вместо этого она наклонила голову и сосредоточила на мне свой взгляд. Я ощутил сильное воздействие ее присутствия, и когда ее огромные вращающиеся глаза посмотрели на меня, мои стены не смогли полностью отразить хлынувшие на меня драконьи чары.

– Я решила принять внесенные тобой изменения. Я не убью тебя.

Пока я наслаждался этой толикой хороших новостей, а мои защитники торопливо вкладывали в ножны свои клинки, она наклонила свою большую голову, приблизилась ко мне и глубоко втянула воздух:

– Я не знаю дракона, пометившего тебя. Возможно, позже он ответит мне за твое своеволие, но сейчас нет необходимости меня бояться.

У меня закружилась голова от благодарности и благоговения перед ее великолепием. Мне потребовалась вся воля, которую я смог собрать, чтобы заговорить:

– Я стремился только помочь тем, кто нуждался в моей помощи: тем, кем пренебрегли их драконы, или тем, кого изменили и не управляли их изменениями.

Она широко открыла челюсти, и с замиранием сердца я увидел зубы, что были длиннее мечей, и мерцающие желтым и красным мешочки с ядом у нее в горле. Она снова заговорила со мной.

– Не дави на меня, человечек. Будь доволен тем, что я не убила тебя.

Тогда Хеби поднялась, ее передние лапы оторвались от земли, так что она стала немного повыше. Я снова ощутил силу их безмолвного общения.

Тинталья ухмыльнулась ей, подтянув губы и обнажив свои клыки. Но мне она сказала:

– Ты и подобные тебе могут вмешиваться в тех, на кого драконы не заявили свои права. Это я тебе позволяю, потому что они для меня ничто. Изменяй их всех, как тебе хочется. Но оставь мне то, что принадлежит мне. Это милость, которой я одариваю вас за то, что вы послужили мне в прошлом. Но не воображай, что я плачу тебе долг.

Я почти позабыл о Мотли на своем плече. Не знал, что ворона может шептать, но услышал ее низкий хриплый голос:

– Будь благоразумным.

– Конечно же нет! – поспешно согласился я. Пришло время отказаться от моего непродуманного высказывания. Я перевел дух, осознал, что намереваюсь сказать гораздо худшую вещь, и все равно произнес:

– Я прошу у тебя еще об одной милости.

Она снова продемонстрировала зубы и мешочки с ядом.

– Не собираюсь сегодня умирать, – сказала Мотли и вспорхнула с моего плеча. Мои защитники сжались в круг около меня, но не сбежали. Я счел это мужественным поступком.

– Разве не достаточно в твоей жизни благодеяний, блоха? – потребовала ответа драконица. – О чем еще ты мог бы просить меня?

– Я прошу у тебя знаний! Белые Служители стремились положить конец не одному только Айсфиру, когда искали его смерти, а всем драконам навечно. Я хочу знать, выступали ли они раньше против драконов, а если да, то почему? Больше чего-либо еще я желаю знать обо всем, что известно драконам, и что может помочь мне покончить со Служителями!

Тинталья откинула свою огромную голову на длинной шее. Воцарилась тишина. Затем Хеби произнесла робким детским голосом: