Рид смотрел в мои глаза, давая понять, что я могу первой начать разговор. У меня было, что сказать, но сейчас я просто не понимала с чего начать.

Я дотянулась до его руки и взяла её.

— Прости меня, Рид. Прости меня за всё. Я даже не понимаю, с чего вообще в моей в голове появилась мысль, что ты изменяешь мне. И у меня не было никакого права залезать в твой телефон. Мне надо было просто поговорить с тобой. Я была очень сильно напугана, — Рид не сказал ничего, когда я прервалась, чтобы перевести дыхание и собрать мысли в кучу. Он просто пристально смотрел на меня, давая понять, что этих извинений слишком мало.

— И… — Рид подталкивал меня продолжать.

— И прости меня за то, что я позвонила Кейтлин, тем самым вмешиваясь в твоё прошлое. Также было неправильно с моей стороны указывать тебе, что делать, основываясь только на своих чувствах и опыте, — как же хорошо, наконец-то, сказать это. Только несколько дней назад я действительно думала, что больше никогда не увижу его.

Я вспомнила слова мамы Мел, которая советовала мне смириться с прошлым. Я должна была дать Риду понять, что чувствую себя виноватой, даже больше, чем он.

— Просто мы били такие злые друг на друга, что очень быстро моя внутренняя неуверенность тут же всплыла. Я знаю, это неправильно и поэтому, прости меня, — я не осознавала, пока говорила, но сейчас ощущала, что внутри меня всё сжалось, ожидая ответа.

И быстро добавила:

— Но больше всего я чувствую себя виноватой за то, что оттолкнула тебя… за то, что порвала с тобой.

Рид отпустил мою руку и аккуратно коснулся моих волос, отводя их от лица.

— Я хочу уже, наконец-то, покончить с этим, Мэдди. Я хочу, чтобы ты поняла, что просто основывать своё желание, чтобы я увиделся со своими родителями, на страхе — это полная чушь, — Рид провёл руками по своим волосам и вздохнул, прежде чем продолжил. — Я люблю тебя. И поверь мне, моя любовь к тебе никак не зависит от того, смогу ли я простить свою маму или нет, — он придвинулся ближе ко мне и снова взял меня за руку. Поднёс её к своим пухлым, мягким и сексуальным губам и смотрел в мои глаза.

— Мэдди, пожалуйста, пойми, что, когда я говорю «я люблю тебя», — Рид легко сжал мою руку, произнеся эти три слова, — я бы хотел быть умнее. Я бы хотел, чтобы у меня было больше опыта в отношениях. Я бы хотел знать, как убедить тебя в правоте своих слов, но, пожалуйста, малыш, пожалуйста, пойми, что слова «я люблю тебя» описывают самую малость того, что я испытываю к тебе, — он не отрывал взгляд от моих глаз и не отпускал мою руку.

Рид придвинулся ещё ближе и обнял меня.

— То, что ты чувствуешь, когда мы занимаемся любовью, когда мы вместе, то же чувствую и я. В мире нет таких слов, которые смогли бы описать, какие сильные чувства я испытываю рядом с тобой. — Он поцеловал меня в макушку, кажется, это его любимое место для поцелуев, точно не моё любимое, но, ладно, это мило.

Я положила голову Риду на плечо, а рукой вырисовывала странные узоры на его груди. Тяжесть, которая обрушилась на нас ещё на парковке, казалось, стала легче, но незначительно.

Я проглотила свою гордость и в последний раз извинилась. Ну, это было не совсем извинение, а что-то больше похожее на объяснение.

— И, кстати говоря, я не собиралась идти с ним на свидание, — я не хотела, чтобы это прозвучала так виновато.

Я почувствовала, как под моими пальцами напряглись мускулы. Рид сел ровнее, практически не замечая этого. Но, даже несмотря на сжатую челюсть, он смог процедить:

— Ладно, скажи мне тогда, что ты собиралась делать, — эта нервозность, которая легко распознавалась за его словами, заставила меня непроизвольно напрячься рядом с ним. У него было право злиться на меня, но этот Рид настолько отличался от того, которого я знала. Мне понадобилось меньше минуты, чтобы почувствовать в нём перемены.

Я придавила простыню ещё сильнее к груди, будто это смогло защитить меня от его натиска.

Робко я пробормотала:

— Джой — это мой бывший парень. Я порвала с ним, потому что не любила, — мне оставалось только надеяться, что мои последние слова хоть чуть-чуть смогут остудить пыл Рида, — я рассказывала тебе о нём. Я случайно столкнулась с ним в кафе; он увидел мой гипс и синяки, и поэтому захотел встретиться. И я не смогла придумать хоть одной отговорки в тот момент, поэтому и сказала, что схожу с ним поужинать сразу после работы. Мне показалось, что это будет вообще не похоже на свидание, если мы пойдём сразу после работы, — я нервно теребила край простыни. Мне хотелось покончить с этой темой как можно скорее.

Рид отодвинулся от меня и выбрался с кровати. Он начал искать боксеры по комнате. Я думала, что они где-то у подножья кровати. Но он был слишком взвинчен сейчас, чтобы думать рационально, да и беготня по комнате, видимо, его хоть чуть-чуть да успокаивала. Как только Рид надел трусы, то в очередной раз провёл пальцами по своим шелковистым волосам. Его чувства разочарования и боли полностью наполнили комнату, и я ненавидела себя за то, что именно я стала причиной этого чувства.

Вскинув руки от отчаянья, он прорычал:

— А что я должен думать, Мэдди? Мы не говорили всю неделю, и потом, когда я увидел и услышал твои сообщения, всё поменялось, и я даже не могу объяснить тебе, что почувствовал в тот момент. Я надеялся, что это будет спасеньем для нас. А потом, когда увидел, как ты уходишь с ним, я не смог себя сдержать, — Рид потряс головой, у него был обезумевший взгляд, он провёл руками по волосам, сильно оттянув их за корни. — Чёрт, неужели ты не понимаешь, что ты — моя? — отчаянно простонал он и рухнул на край кровати.