Он протянул руку назад. Я почувствовала рывок магии, когда он открыл маленькое окошко в Межпространство. Я видела, как точно также делают дети в его Доме. Мгновение спустя он вытащил из него свёрток из ткани и изо всех сил встряхнул.

Плащ был цвета свежих сливок и блестел. По краям платиновыми нитками был вышит рисунок из сцепленных друг с другом кругов, который смутно напоминал мне скованные вместе с Квароторами кольца, символизирующие наш союз.

Скорее всего это была не случайность.

— Он красивый.

— Да, красивый, — произнёс он, глядя прямо на меня. Энергичным движением он накинул мне плащ на плечи. Подол доставал до пола. Я чувствовала себя старомодной, как актриса в костюмированном фильме, и я слишком хорошо понимала, что значит этот плащ, чтобы чувствовать себя в нём комфортно.

Тяжёлая ткань соскользнула с плеч, и я попыталась неуклюже вернуть её на место и не помять.

— Вот, это решит проблему, — сказал Люк, осторожно вернул одеяние на место и накрыл обе стороны золотой застёжки ладонью.

Свет запульсировал и обе половинки слились вместе, четыре переплетённые друг с другом круга, покоящиеся на моей ключице.

— Магия? — спросила я, не в силах сдержать раздражения. — Вы сшили для меня особенную накидку, и мне нужна магия, чтобы носить её? Я даже не могу самостоятельно одеться?

— Это ни о чём не говорит. Просто традиция и всё. Ведь не каждый день встретишь, чтобы кто-то, подобный тебе, носил такую накидку.

Подобный мне. Я никогда не просила о том, чтобы стать частью мира Люка, но и не могла сбежать от него. Связь с Люком, соглашение с Кварторами, обещание по отношению к Костанции, а теперь ещё магия, угрожающая мне изнутри… Чем больше я сопротивлялась, тем больше запутывалась, как дикое животное в петле.

Маргарет взяла меня под руку.

— Ты больше, чем они осознают, и ты не была бы здесь, если бы это было не твоё место. Веди себя соответственно, тогда всё будет хорошо.

— Ты всё ещё не объяснил мне, что мы собираемся делать, — напомнила я Люку.

Он отвёл взгляд.

— Сегодня заканчивается траур по Эванжелине. Кварторы хотят, чтобы ты приняла участие в церемонии и всем показала, как ты опечалена.

Я недоверчиво уставилась на него.

— Ты притащил меня сюда, чтобы я лицемерила?

Я предположила, что Кварторы пригласили меня, чтобы отремонтировать магию, а не для того, чтобы я занималась показухой для Дуг.

— Я же не могу встать там и горевать по Эванджелине.

— Сделай вид, — подчеркнул Люк, ведя нас вдоль прокрытой травой тропинки. Рядом с нами вспыхивало алое пламя и отмечало наш путь. Оно было идентично с тем, какое окружало Доминика и Маргарет рядом с хижиной. Я повернула голову, чтобы увидеть, как оно потухает, но в этот раз оно продолжало гореть: мерцающий, светящийся знак, распространяющийся позади нас. Перед нами лежала большая мраморная сцена, на противоположном конце которой собрались Кварторы; они возбуждённо друг с другом беседовали. Доминик поднял голову и позвал нас жестом.

Мышцы в руке Люка напряглись.

— Смысл и цель этой задачи доказать, что ты на нашей стороне.

Но ведь это уже гарантировал магический союз.

— Что это вообще за место?

Ответила Маргарет:

— Аллея. Она одно из наших трёх святых мест. Другие — это конечно Связывающий храм и Зал для собраний, в котором встречаются Кварторы. Аллею используют для церемоний, когда требуется собрание всех Домов. Каждая сторона граничит с другой элементарной Линией, но в пространстве между ними нет совершенно никаких Линий, и оно образует нейтральную территорию.

— «Дофин» был нейтральной территорией. Мне это ничем не помогло.

— Сейчас всё по-другому, — сказал Люк. — Мы связаны друг с другом. Никто не имеет право использовать здесь магию против тебя.

Это меня не успокоило. Привязана я к Люку или нет, Дуги смотрели на меня как на постороннюю. Любезности, такие как нейтральность или отказ от попыток расщепления — то есть проникновения в разум другой Дуги — не относились ко мне. А публично оплакивать женщину, которую я убила, казалось мне верным средством бросить вызов судьбе, если что-то подобное действительно существует.

Люк провёл нас, обходя один из углов прямоугольника, возвышающегося над землёй до колен. Он выглядел как гроб и от него исходила сила. Я вздрогнула и отошла подальше. С другой стороны находились мраморные ступеньки.

Доминик спустился по ним и коротко поприветствовал нас, чтобы потом отвести на сцену Маргарет. Люк остался стоять, взяв мои руки в свои.

— Это неправильно, — сказала я, разглядывая Кварторов в их плащах цвета драгоценных камней. Мой собственный плащ казалось давил на меня, а застёжка натирала кожу.