Шрифт:
Гром.
Какой оглушительный гром. Какая ослепительная молния! Что, что мне ему сказать?
На другой площадке.
Т е т я В е р а. Тридцать три, двадцать девять, сорок три, семьдесят один, пятьдесят четыре…
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. Не спеши. Дай в номерах разобраться…
Ж е н я. А видали, как Сапронкин-то отстроился?
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. Дом под шифером. И свату тоже дом, и тоже под шифером.
Т е т я В е р а. Теперь с террасками больше строят… Двадцать четыре…
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. Все одно… На слом пойдет. Раньше или позже… Все равно на слом…
В и к т о р. Женя, а у тебя опять квартира…
Ж е н я. А я скоро уезжаю.
Т е т я В е р а. Куда ехать-то… тридцать семь…
Ж е н я. Где повеселее. На целину хотя бы…
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. Скучно-то везде…
Т е т я В е р а. Что верно… Девять… то верно… Семьдесят семь…
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. Это, значит, дамские ножки…
Т е т я В е р а. Шестьдесят, сорок пять, пять, сорок…
На другой площадке.
И р и н а. А в это время в каком-нибудь Тихвинске или Рыбинске двое слушают по радио оперу Чайковского «Евгений Онегин» и понимают, что они любят друг друга… Любят!
Высвечивается другая площадка. Идет одновременно действие на двух площадках.
Т е т я В е р а. А Сапронкин-то еще в сельпо подрабатывает.
И р и н а. Какой яростный дождь. А костры не гаснут. Тридцать семь…
Н и к о л а й Н и к о л а е в и ч. И еще мешочки домой таскает. Это у них свободно…
Ж е н я. Обычная вещь — кооперация…
Т е т я В е р а. Тридцать восемь, сорок девять, семь и тринадцать…
Ирина подходит к Дмитрию и обнимает его. Свет на другой площадке гаснет.
Д м и т р и й. Как внезапно кончилась гроза…
И р и н а. А была гроза? Может быть, и не было… Ты действительно любишь меня? Это правда?
Д м и т р и й. Любимая моя, дорогая… Маленькая моя… Я люблю тебя. Очень люблю. Необыкновенно.
И р и н а. А когда ты понял, что любишь меня?
Д м и т р и й (после паузы). Наверно, это было всегда. Двенадцать лет назад я встретил на пристани у этой реки девчонку с огромными глазами. И где бы я ни был потом, я всегда мечтал снова увидеть эти глаза. Снова встретить ее. И, наверно, поэтому я приехал опять в этот город. Ведь эта девушка — ты.
И р и н а. Нет. Двенадцать лет назад я была совсем маленькой. Ты бы просто не обратил на меня внимания. Нет, это была не я, но все равно я всегда ждала тебя, всегда. Обними меня крепче. Я хочу быть с тобой.
Д м и т р и й. Мы никогда, никогда не расстанемся… Мы всегда будем вместе… Твои губы пахнут ветром, рекой…
И р и н а. Я чувствую, как бьется твое сердце…
Д м и т р и й. Почему у тебя такие безбрежные глаза? Откуда? Откуда они у тебя?
И р и н а. Ты не знаешь, как я люблю тебя! И я сама, наверно, тоже не знаю этого до конца.
Д м и т р и й. Что может быть прекраснее! Я с тобой. Я целую тебя… А вокруг ночь… Тебе сейчас кажется, что мы остались только вдвоем на всем земном шаре… Я хочу запомнить твои глаза… твое лицо… Твое тело… губы…
И р и н а. Но мы всегда будем вместе…
Д м и т р и й. Я хочу запомнить эту ночь. Эту тишину. Эту звездную россыпь в твоих глазах. Это никогда не кончится. Пройдут века… Но когда будет наступать такая ночь со своими огромными звездами, я знаю — далекий потомок наших внуков вдруг почувствует это щемящее чувство любви, печали, нежности…
И р и н а. А ведь есть край света. И мы дойдем до него.
Д м и т р и й. Может, мы уже дошли.
И р и н а. Что же дальше?
Д м и т р и й. Дальше Новый Свет…
И р и н а. Новый край?
Д м и т р и й. Откуда ты пришла? Может быть, ты родилась не здесь, а на какой-нибудь другой планете?
И р и н а. Мы родились в одном городе… В этом городе прошло твое детство, и мое детство шло за тобой, чтобы успели встретиться наши юности.
Д м и т р и й. А если бы я не приехал в этот город?