— Заноза в заднице, — шипел Тима, когда Маруся лила перекись на его голову.

— Рот закрой, потаскун хренов, — рявкнула девчонка, но ее ручки были ласковыми и дарили ощущение нежности и тепла.

Они препирались, пока рана не была заклеена. И даже после, когда девчонка ушла из зала с гордо поднятой головой и расправленными плечами, Тима смотрел ей вслед и понимал, что в душе клокочет злость.

Но злость клокотала не в одиночестве. Еще парня скрутило возбуждение. Он как никогда остро понял, что хочет ее, эту стройную строптивую бунтарку.

Но никогда не признается в этом, ни ей, ни себе.

Маруся умчалась, а Тима сидел, глядя на дверной проем, в котором скрылась ее фигурка.

— Не страдал бы ты дебилизмом, — раздался голос брата.

Матвей стоял, прислонившись плечом к стене.

— Мне и спрашивать не нужно у тебя ничего, — продолжал говорить брат, — И так все видно.

— Что видно? — не понял Тима.

— Как давно ты ее любишь? — допрашивал Матвей.

— Я? Марусю? — искренне удивился Тима, — Да никогда в жизни!

Брат только снисходительно поднял брови и хмыкнул.

— Я ее не люблю, — продолжал возмущаться Тимофей, — Она просто жутко меня бесит. И потом, что там любить? Плоская доска с двумя хвостиками и скверным характером.

Последняя фраза была сказана довольно громко, а поэтому не только Матвей четко услышал ее. Стоя в дверном проеме, девушка смотрела на Тимофея взглядом раненого зверька с огромной зияющей в сердце дырой. Он убил ее своими словами, растоптал.

— Хренов имбицил стероидный, — выплюнула девушка и, швырнув в парня пакет со льдом, который скорее всего принесла ему, чтобы приложить к ране, убежала из зала, а потом и из школы.

— Не заметил, когда ты стал мудаком, — спокойно заметил Матвей и ушел вслед за девушкой.

Оказавшись на улице, Матвей увидел плачущую девичью фигурку, сгорбленную и сидящую прямо на земле около бетонного забора. Он бы и не заметил ее, если бы не горькие всхлипы.

— Марусь, пойдем, я тебя подвезу, — парень присел рядом с девушкой на корточки.

Маруська всхлипнула, стерла слезы ладошкой.

— Почему ты такой классный, а он урод? — спросила девушка.

— Бывает, — улыбнулся парень.

— Матюх, я устала, — честно призналась девушка, — Сколько можно меня не замечать?

— Он замечает, — возразил парень, — И думаю, уже жалеет о своих словах. Ты красивая на самом деле.

— У тебя точно есть девушка? Может, дашь мне шанс? — задорно подмигнула Маруся.

— Точно, — улыбнулся Матвей, — Да и не устрою я тебя. Я храплю во сне. То ли дело обожаемый Тимофей Филиппович, непогрешимый и несравненный.

— Придурок он, — вздохнула Маруся, принимая руку помощи от парня, — Как думаешь, если я его еще морально попрессую?

— Будет здорово, только без фанатизма, — предупредил Матвей.

— Я постараюсь, — пообещала Маруся, пристегиваясь ремнем безопасности. В голове девушки уже созрел план. Заодно Маруся и проверит, насколько она ему безразлична. Честно сказать, девчонка очень сильно сомневалась, что Тима хоть что-то испытывает к ней, но Матвей утверждал обратное. А близнецы вроде бы лучше всех знают друг друга. Или нет?

В клубе народу было валом. Маруся, поправив коротенькие шортики, решительно двинулась вслед за парнем.

— Без фанатизма, — в который раз попросил Матвей, следя за девчонкой.

Маруся в рабочей форме танцовщиц клуба смотрелась непривычно. И парик темных волос изменил ее до неузнаваемости. Матвею затея девушки не очень понравилась, но перечить он не стал. Он считал, что пора брата выбивать из привычной колеи. И Марусе это легко удастся. Кажется.

Матвей вернулся за бар, заступая на смену. Тима вышел в подсобку за коробками с соками. За баром остался третий бармен, Колян.

— Новенькая? — кивнул Колька в сторону клетки, в которую определил Матвей Марусю. Место работы танцовщицы располагалась аккурат напротив барной стойки. У Тима не было шансов не заметить девчонку.

Народ гудел, девочки гоу-гоу разогревали и подзадоривали публику. А Матвей первые десять минут наблюдал за Марусей. Нет, честно сказать, если бы он сам лично не отвел ее туда, то никогда и не догадался бы о личности танцовщицы.

— Что за девочка? — мотнул головой Тима. И Матвей улыбнулся. Нет, все-таки попал брат.

— Не знаю, у Булычова спроси, — пожал плечом Матвей, и мотнул головой в сторону администратора смены.

Следующие полчаса Матвей уже не следил за Марусей, а полностью погрузился в работу.