— В каком смысле? — не понял Тим. Но Маруся вновь уже прервала звонок.

Нет, такой расклад парню совершенно не нравился. Натянув джинсы, футболку и косуху, Тимофей отправился на разборки. Нет, он не позволит этой мелкой сногсшибательной ведьме себя динамить. Точно не сейчас, когда он осознал, насколько сильно она ему нужна. Как воздух.

Оказавшись около дома Маруси, Тим бросил машину на парковке и стремительным шагом направился к ее подъезду. Но не дойдя несколько метров, остановился, разобрав знакомый голос. Тимофей шагнул ближе. Скрытый ветвистым кустом сирени, парень увидел, как Маруся стоит около знакомой Тиму машины. Вот девушка, обернувшись и заглянув в салон, заливисто рассмеялась фразе водителя. Погрозила пальчиком собеседнику и вновь рассмеялась.

— Ты просто чудо-мэн, — говорит она, — До встречи!

И девчонка хлопает дверцей дорогой машины. А потом и скрывается в подъезде. Тима понял, что дышать перестал, чувствуя горькую волну ярости и предательства, расползающуюся по сердцу.

— Что же ты творишь, Маруся, — надрывно прошептал Тимофей, закрывая глаза руками, — еще и с кем. С братом….

Тимофей попытался успокоиться. Хоть немного. Не смог. Рванул подъездную дверь и помчался вверх по лестнице. Не разбирая дороги, но чудом вспоминая номер квартиры.

Рука легла на дверной звонок, и как только распахнулась дверь, взгляд карих глаз прошелся по растрепанной небрежной косе, чуть шальному взгляду и мягкой улыбке.

— Какого хрена ты надумала меня динамить? — волна ярости накрыла Тимофея, полностью выбивая из реальности, — я, мать твою, не пацан-переросток! Что за дела, Маруся? — все громче рычал парень, — Чего молчишь? — терял терпение парень, — С ним как? Понравилось. Теперь можно и сравнить? Он тоже, как мужчина мало состоялся в твоих глазах? Или это только мне так не повезло?

— Ты что несешь? — опешила Маруся, перестав улыбаться, — С кем с 'ним'?

— Я вас видел, — выплюнул Тима злобно, не видя ничего и никого кроме девчонки, — Значит, тебе меня одного мало? Двоих подавай?!

На глаза Маруси навернулись слезы. Щеку Тимофея обожгла ладошка ударом. Но он не шелохнулся, даже не моргнул, все еще глядя на девушку с обидой.

— Весьма занятная картина, — раздался мужской голос за спиной парня, — дочурка, прикрой-ка дверцу.

Антон Робертович, не дожидаясь действий дочери, сам захлопнул двери и дернул парня за ворот куртки.

— Пойдем-ка покурим, — грозно проговорил отец семейства и утащил вяло сопротивляющегося парня из подъезда на улицу.

Дверь перед Марусей закрылась. Из груди вырвались рыдания. Девочка, прислонившись спиной к стене, тихо съехала по ней на пол. Было больно и обидно. Чем, вот чем она заслужила к себе такое отношение парня?

Из гостиной появилась мама. Гертруда Адольфовна хмуро смотрела на сидящую на полу дочь. Поджав губы, она увела Марусю на кухню. Усадила за стол, заставила выпить стакан воды, погладила девочку по волосам. И как только входная дверь открылась и на пороге появились тихо переговаривающиеся между собой мужчины, Гера вручила дочери кулинарную книгу, а сама вернулась в коридор.

— Мегерочка моя, я скучал, — ласково заговорил Тоша, но внимание женщины ему от парня отвлечь не удалось, да он, собственно и не очень старался. Парень сам виноват.

— Добрый день, теть Гер, — хмуро начал Тима, — Гертруда Адольфовна то есть. А можно мне с Марусей поговорить? На пару слов.

— Так поговорил вроде бы уже, — хмыкнула Гера, — Так и говорилка устанет и отвалится.

Тоша тем временем прошел в квартиру, снял свитер, обул тапки. Внимательно взглянул на сбитые костяшки правой руки. С недовольством хмыкнул. Потом взглянул на распухшую губу и красную отметину на скуле Тима. Уже крякул удовлетворительно. Все-таки, он еще в форме.

Тима хмуро смотрел на Гертруду Адольфовну и чуял скорое приближение бури.

— Ты спал с моей Марусей? — прищурилась Гера, сложив руки на груди.

— А, нет, — мотнул головой парень.

— Не убедительно, — невесело улыбнулась Гера, — Вторая попытка.

— Пока не спал, — признался Тимофей.

— Пока? — переспросила Гера, и стремительно выбросив руку вверх, схватила парня за ухо, больно выкручивая его, — Кто дал тебе право говорить с моим ребенком таким тоном? Ты с девочкой беседуешь, а не с одной из своих нимфеток! Я тебе покажу 'двоих подавай'! На минуточку, моя дочь чиста, как слеза комсомолки! А вот ты у нас тот еще любитель развратных ощущений, Тимофей Филиппович!

— Теть Гер, а может я Матвей, — пробурчал Тима.

— Думаешь, я не узнаю идиота, по которому сохнет моя дочурка вот уже пару лет? — прошипела Гера, — Разве что не молится на твою фотку. А ты? Мало что не оценил счастья, перепавшего тебе скорее всего по ошибке, так еще и обвиняешь в чем вздумается.

— Я больше так не буду, — покаялся Тимофей.

— Конечно не будешь, — хмыкнула Гера и, не выпуская уха из захвата ловких пальцев, потянула парня на кухню.

Оказавшись на пороге комнаты, Гера отметила, что Маруся больше не плачет, а сосредоточенно замешивает тесто для пирога по рецепту.