– Подумай, прежде чем принять окончательное решение.

– Деймон, не подумай, пусть даже на секунду, что я неблагодарный. Посмотри на себя, сын, каким прекрасным человеком ты стал. Ты получил образование, теперь ты говоришь как настоящий джентльмен. Я не могу высказать, как много для меня значит то, что ты рисковал своей жизнь, своей репутацией, сделал так много, чтобы вытащить меня из тюрьмы. Я очень горжусь тобой.

Увидев слёзы, блеснувшие в глазах Сирила, Деймон обнял его.

– Ты был прекрасным отцом.

– Но после всех этих лет, я выбираю вариант остаться на островах. У меня есть друзья на Ямайке, и даже есть возлюбленная, на которой теперь я могу жениться, так как отпустил мучивший меня гнев и перестал упиваться жалостью к себе.

– Моя мать не умерла.

– Для меня она умерла, – слишком резко сказал Сирил. – Я любил тебя со дня твоего рождения, а её любил за то, что подарила мне тебя. Я всегда буду любить тебя, Деймон, никогда в этом не сомневайся. Но я понимаю, что теперь у тебя есть новые обязательства, и мы должны жить по разные стороны океана. Я не допущу тех же ошибок, упустив второй шанс, который ты дал мне. Клянусь.

Отец и сын обнялись, пытаясь сдержать слёзы, готовые покатиться из глаз.

ГЛАВА 48

Жаклин приподняла голову с подушки и открыла один глаз, чтобы посмотреть, кто влетел в её комнату без стука, но она могла бы и догадаться. Только её кузина Джудит была способна войти таким образом.

– В этот раз ты больна по-настоящему? – настойчиво спросила Джудит.

– Нет.

– Может, растянула лодыжку?

Жаклин откинулась обратно на подушки, и вяло прикрыла глаза рукой.

– У меня апатия, если ты так хочешь знать. Последняя поездка на Карибы была чересчур волнительной, что, очевидно, влечёт за собой неприятные последствия. Теперь мне ничего не интересно.

– И это всё? Ты просто страдаешь от скуки?

– От чего же ещё?

Джудит плюхнулась на кровать и потянула Жаклин, чтобы она села рядом с ней на средине кровати.

– Ох, ну я не знаю… может быть, ты солгала, когда сказала, что не влюбилась в своего пирата?

– Я ничего подобного не делала. Но я, возможно, чувствую себя… даже не знаю, как назвать это. Несчастной, я полагаю.

Жаклин пока ещё не могла заставить себя говорить о том, что она беспокоилась, что Деймон её не любит, о том, что он просто использовал её, дабы получить помощь отца. Он добился своего, и теперь она, вероятно, никогда его не увидит!

– А слёзы?

– Не глупи, Джуди, ты знаешь, что я не плачу.

– И всё же, скука не делает тебя несчастной…

– Меня делает!

– … в то время как любовь может принести несчастье по разным причинам. Когда ты разлучена с тем, кого желает твоё сердце, это первая причина. Когда двое не определились, какие чувства испытывают друг к другу, ещё одна причина. Когда ты думаешь, что он не чувствует того же, что чувствуешь к нему ты, это в сотни раз хуже, чем две предыдущие причины вместе взятые. Когда ты думаешь, что он предал тебя, это в тысячи…

– Джуди! Мы говорили обо мне, не о тебе, и почему ты не забыла те части романа с Натаном, которые делали тебя несчастной? Теперь вы женаты и очень даже счастливы.

– Вот почему теперь я могу спокойно думать о том времени, полном сомнений, и смеяться.

– У меня нет сомнений, и я несчастна не по этому. Мне просто очень скучно!

– Ну, конечно, учитывая, что ты лежишь в кровати весь день непонятно почему. Но твоя мама это исправит. Она организует бал.

– Чёрта с два! Моя мама никогда не организует вечеринки, если только это не сугубо семейные праздники. Она никогда, никогда не станет организовывать бал.

– Станет, – Джудит улыбнулась. – Сейчас она в кабинете твоего отца, составляет список приглашённых.

– Для чего она делает это?

– Как я уже сказала, чтобы ты вылезла из кровати.

Жаклин фыркнула.

– Сезон завершён.