Она взяла одну из двух оставшихся тарелок и села напротив Мортимера, тщательно игнорируя его. Вероятнее всего, он здесь просто для того, чтобы защитить Деймона, который был ослаблен непрекращающимся кровотечением.

Деймон оказался возле неё и взял свою тарелку с подноса. Он уже хотел отправиться к своему письменному столу, как сделал это вчера по её настоянию, поэтому Джек неохотно сказала:

– Ты можешь поужинать здесь. На другом конце стола. Я не хочу каждый раз вытягивать шею, чтобы поговорить.

– А мы собираемся разговаривать? – спросил он, присаживаясь. – Ты действительно хочешь этого?

Она пожала плечами.

– А разве мы уже не разговариваем?

– Я припоминаю, что ты говорила исключительно о способах кровавой расправы, которые ко мне применит твой отец.

Ему не следовало такое говорить, или же он просто зондирует почву, так сказать? Всё из-за того, что она не набросилась на него, когда он вернулся в каюту? Вероятно, она была слишком любезной. Она бы тоже отнеслась к себе с подозрением, заметив подобное изменение в поведении.

Она одарила его злобным взглядом, сказав:

– То было тогда, а это сейчас.

– И в чём разница?

– В продолжительности этой чёртовой поездки, вот в чём!

– Вот как, – улыбнулся он. – Боишься заскучать?

– Это приходило мне в голову, – пробормотала она.

Мортимер закончил с ужином и сказал Деймону:

– Я бы предпочёл сегодня спать в гамаке.

– Его не разместишь перед дверью.

– Это действительно необходимо? Я могу взять ключ вместо тебя.

– Ты спишь, как сурок, – сказал Деймон. – Ты просто отключаешься.

– Вы двое препираетесь, как старые супруги, – сказала Жаклин, цокнув язычком. – Я не так глупа, как вы думаете. Прошёл уже целый день, поэтому я больше не рассматриваю возможность спрыгнуть с корабля.

– И почему мы должны тебе поверить? – спросил Морт, расстилая себе лежанку перед дверью.

– Думаешь, мне есть разница, веришь ты мне или нет?

– И кто теперь препирается? – сказал Деймон.

После этого ничего не было сказано, и Джек пожалела, что пригласила Деймона за стол. Особенно когда почувствовала, что он не сводит с неё глаз, вне зависимости от того, смотрит ли она на него. А ещё она чертовски устала. Кто же знал, что скука может быть такой утомительной?

Сумерки ещё не сгустились, поэтому лампы пока не зажгли, а может быть, и не зажгут, так как она была не единственной, у кого сегодня был изнурительный день. Закончив с едой, Джек встала, но взглянула на Деймона, когда он произнёс:

– Возможно, ты хочешь смыть морскую соль, оставшуюся после твоего вчерашнего заплыва? Я хотел предложить тебе горячую ванну, но отвлёкся. Хочешь принять её сейчас, Джек?

Прежде чем она успела бы ответить, Мортимер простонал:

– Какого чёрта, Деймон? Я уже лёг спать. Это не может подождать до завтра?

Деймон проигнорировал своего друга и смотрел исключительно на неё, ожидая ответа. Это было то, что он никогда не предлагал ей раньше. И да, она бы с удовольствием приняла ванну, но только не сейчас, когда оба мужчины находятся в каюте.

– Я смогу оставить себе ключ, пока вы оба будете ждать с обратной стороны двери?

– Нет.

– Тогда и я скажу «нет».

– Умная девочка, – пробормотал Мортимер.

Она проигнорировала блондина и направилась к своей кушетке, бросив Деймону:

– Я всё ещё ненавижу тебя.

Джек попыталась, чтобы это звучало как можно убедительнее. После этого она несколько раз ударила кулаком по подушке и свернулась калачиком, лёжа лицом к переборке. Спустя мгновение она услышала, как Морт сказал шёпотом:

– Она думает, что ты в этом сомневаешься?

– Всегда есть место для сомнений.

Мортимер фыркнул:

– У тебя есть швы, которые являются прекрасным доказательством её отношения к тебе.

– Но эти швы весьма симпатичные, – усмехнулся Деймон.

– Я вас отлично слышу, чёрт побери! – прорычала Жаклин.

ГЛАВА 24

Жаклин проснулась от звука стучащего молотка и с рычанием вскочила с кровати, но затем с удивлением уставилась на то, что делал Деймон. Он устанавливал на дверь замок? На внутреннюю сторону двери?