Она подошла ко мне совсем близко, и смело прислонилась молодым девичьим плечом правой руки к моему левому мужскому плечу. Я был в легкой измазанной мазутом в машинном отделении белой майке. И утреннее горячее, встающее над горизонтом солнце, крепко уже прижигало мои открытые, почти полностью плечи и мускулистые моряка руки.

Я промолчал. Только, снова уставился в ту сторону океана, где видел свою, вероятно преследующую меня по бурлящим волнам парусную белую одномачтовую яхту.

Ее там уже не было. Это было снова видение. И я, потупив взор, теперь смотрел с горечью только в бушующую за высоким, теперь железным бортом синюю рассекаемую нашим кораблем воду.

– Простите меня!
– еще раз повторила, громко перекрикивая шум волн, на верхней рабочей палубе незнакомая, пока еще мне судовая официантка.

– Ничего!
– произнес я, тоже громко, чтобы она услышала - Все нормально!

– Я слышала, вас подобрали в океане!
– прокричала она мне, через шум океанских волн.

– Да, это так!
– прокричал я ей в ответ, глянув искоса на ее миловидное молодое женское личико.

– Меня зовут Татьяна!
– она произнесла и назвала первая сама свое имя.

Она захотела познакомиться со мной поближе. Еще в столовой она проявила ко мне интерес, не отрываясь нагловато разглядывая меня. Мое лицо живого утопленника. Ее недвусмысленный интерес ко мне был виден по ее поведению.

– Звягинцева Татьяна!
– она добавила - Вы видели меня в столовой нашего судна! Я здесь работаю официанткой!

– Я помню!
– произнес я - Я видел вас!

И присмотрелся еще раз к молодой девице.

С виду обычная русская девица. Тоже, довольно и даже очень привлекательная и подзагоревшая на тропическом солнце, как здесь многие русские моряки этого русского грузового судна. Она стояла, приблизившись максимально ко мне. И касалась локтем своей оголенной загоревшей до бронзового загара девичьей руки к моей руке. Тоже, голой. Освещенной утренним ярким солнцем, ниже плеча, как и все, что было не закрыто от его лучей. Тоже, успевшее подзажариться на круизном подобравшем меня в океане пассажирском американском лайнере.

Я дернулся от прикосновения девичьей руки. Скорее не от самого прикосновения, сколько от неожиданности.

– Вам больно?!
– спросила она, громко, жалея меня.

– Что?!
– переспросил я ее.

– Больно?!
– повторила девица - От моего прикосновения?! Рука болит?!

– Да, нет!
– ответил громко я - С чего, вы взяли! Просто, я немного испугался!

– Вы, не очень-то похожи на пугливого человека!
– произнесла сильно смуглая от плотного и ровного солнечного загара русоволосая синеглазая как гладь океана девица по имени Татьяна. В белоснежном кружевном фартуке поверх коротенького светлого тельного оттенка до колен платьица.

Она развернулась, узкой такой же точь-в-точь, как у моей исчезнувшей навсегда любовницы Джейн. Спиной к Тихому океану. И, прислонилась к поручням бортового ограждения верхней иллюминаторной корабельной надстройки. Раскинув по сторонам полуоголенные из-под короткорукавого короткого до колен своего платьица бронзового плотного ровного оттенка девичьи руки. Положив, левую, миленькими девичьими пальчиками мне, на мою, правую схватившуюся крепко. И нервно от присутствия рядом, так близко молодой женщины за поручни руку.

– Вам, пока здесь не очень уютно - произнесла, приблизившись, к моему правому уху, уже не так громко Татьяна - Это вы еще не привыкли. И, мало с кем, здесь знакомы. Надо вас отвести к медику!
– произнесла хоть и громко, но заботливо и ласковым голоском она, склоняясь, почти впритык к моему левому уху. И, почти касаясь его своими полненькими женскими губками, чтобы было слышно сквозь шум океанских волн.

– Это еще зачем?
– ответил, вопросительно ей я.

– Вы, просто до ненормального возбуждены. Я позабочусь о вас - произнесла она, уже чуть ли не шепотом. И, дыша жарко с придыханием мне в само ухо. Касаясь его своими жаркими губами.

– Пойдемте, провожу. Иностранцы не очень об этом позаботились - Татьяна произнесла - Как только, вы терпите эту боль. Пойдемте. Я вижу по вашему виду и глазам, что у вас что-то болит.

– Откуда вы знаете, что у меня болит?
– снова спросил удивленный таким неожиданным разговором я.

– Поверьте, женщина знает - ответила Татьяна - Это видно по вашим красивым, но тоскливым мужским глазам. Я буду вашей заступницей, здесь и защитницей на этом корабле.

Она, улыбнулась мне. И, взяв меня за правую руку, оторвав ее от поручня бортового ограждения судна.