— Купите мою газету, синьора, а потом уж бейте меня, — сказал мальчик.

Джианнита купила газету и начала читать. Она сразу нашла «Процесс Пальмери».

«Так как это дело разбирается сегодня в суде», — писала газета — мы хотим дать некоторые подробности».

Джианнита прочла статью и еще несколько раз перечла ее, пока, наконец, поняла в чем дело. И когда поняла, каждый мускул ее тела задрожал от ужаса.

Отец ее крестовой сестры, владелец больших виноградников, совершенно разорился, потому что филоксера истребила весь виноградник. Но это было не самое главное. Он истратил доверенный ему капитал одного благотворительного общества. Он был арестован, и сегодня его должны были судить.

Джианнита смяла газету, бросила ее на землю и топтала ногами. Лучшего она и не заслуживает, если дает такие сведения.

Потом она остановилась, совершенно подавленная тем, что встретило ее в Катании, когда она через двенадцать лет снова приехала в нее.

— Господи, — говорила она, — может быть, это послано тобою?

Дома, в Диаманте, ей, конечно, никто бы не мог сообщить, что здесь происходит. Может быть это было предопределение, что она приехала именно в день суда?

— Послушайте, донна Альфари, — сказала она, — вы можете делать, что хотите, а я должна идти в суд.

Джианнита говорила так уверенно, что ничто не могло поколебать ее.

— Разве вы не понимаете, что ради этого дела, а не ради вас, Господь внушил мне мысль поехать с вами в Катанию, — говорила она Розе Альфари.

Джианнита ни одну минуту не сомневалась, что всем этим руководила Божья воля.

Розе Альфари пришлось согласиться, и Джианнита пробралась в суд. Она стояла между уличными мальчишками и рабочими в местах, отведенных для публики, и видела кавальере Пальмери на скамье подсудимых. Это был изящный старик с седой острой бородой и седыми усами. Джианнита сразу узнала его.

Она слышала, как его приговорили к полгоду тюремного заключения, и Джианните все яснее становилось, что она была послана сюда Богом. «Теперь я нужна моей крестовой сестре» — думала она.

Она снова вышла на улицу и отправилась искать палаццо Пальмери.

По дороге туда ее обогнала карета. Она подняла голову, и глаза ее встретились с глазами дамы, сидевшей в карете. И в ту же минуту ей словно подсказал кто-то, что это ее крестовая сестра. Дама была бледна, сидела сгорбившись, и глаза ее имели умоляющее выражение. Джианнита почувствовала, как сильно она любит ее. «Ты столько доставляла мне радости», — думала она, — «потому что я ждала от тебя счастья. Теперь я смогу отблагодарить тебя за это!»

Джианнита торжественно и умиленно поднималась по высокой, белой мраморной лестнице, ведущей к палаццо Пальмери; но вдруг ее охватило сомнение.

«Что хочет Господь, чтобы я сделала для нее, выросшей в такой роскоши?» — думала она. — «Или Господь забыл, что я всего только бедная Джианннта из Диаманте?»

Она попросила слугу передать синьорине Пальмери ее поклон и сказать, что ее крестовая сестра очень хочет поговорить с ней.

Она была очень удивлена, когда слуга, вернувшись назад, передал, что сегодня ее принять не могут. Неужели она удовольствуется этим? О, нет, нет!

— Передайте синьорине, что я буду ждать ее здесь целый день, потому что я должна говорить с ней!

— Синьорина через полчаса уезжает из дворца, — возразил слуга.

Джианнита была вне себя.

— Но ведь я ее крестовая сестра, ее крестовая сестра, понимаете вы это? — говорила она слуге. — Я должна говорить с ней.

Слуга улыбался, но не трогался с места.

Но Джианнита ни за что не хотела отступить. Ведь она послана Богом.

— Ведь он должен же это понять, — говорила она, волнуясь и повышая голос. — Она приехала из Диаманте и двенадцать лет не была в Катании. До четырех часов вчерашнего дня она и не думала, что поедет сюда. Может же он это понять — о четырех часов вчерашнего дня!

Слуга не трогался с места. Джианнита собиралась уже рассказать ему всю историю, как вдруг дверь отворилась и на пороге появилась ее крестовая сестра.

— Кто говорит здесь о четырех часах вчерашнего дня? — спросила она.

— Вот эта чужая, синьорина Микаэла.

Этого Джианнита не могла выдержать. Она вовсе не чужая. Она ее крестовая сестра, Джианнита из Диаманте, которая приезжала сюда двенадцать лет назад с донной Элизой. Разве она их забыла? Разве она не помнит, что они поделили пополам гранату?

Синьорина не слушала ее слов.

— Что вчера случилось в четыре часа? — повторила она в сильном волнении.

— Я получила в этот час повеление от Господа ехать к тебе, крестовая сестрица! — сказала Джианнита.

Синьорина с удивлением взглянула на нее.

— Пойдем ко мне! — сказала она, беспокоясь, что слуга может услышать то, что хочет передать ей Джианнита.

Они прошли много комнат и, наконец, остановились. Тут синьорина так быстро обернулась к Джианните, что та даже испугалась.