Глава 3

Красный внедорожник остановился перед большим каменным особняком, построенным около двух веков назад. Большущий дом сочетал в себе несколько стилей, но при этом выглядел изысканно. Настолько, что даже я в своем состоянии оценила. Оборотни уже прочно ассоциировались у меня с неотесанными животными, тем большей неожиданностью показался экстерьер.

Вожак и русая коса ждали нас на крыльце.

Меня быстро отнесли в какую-то комнату, где морщинистая старушка помогла раздеться и умыться, после чего облачила меня в сорочку из грубой ткани и влила в рот что-то приятно пахнущее травами.

Совсем не воняло лекарствами.

Реальность заволокло сонной дымкой.

Я спала, потом просыпалась, пила что-то, опять спала... Трудно сказать, прошло несколько часов, дней или недель. Иногда получалось улавливать обрывки реальности. Или же это были лишь красочные сны?

Мамина машина с бархатистым урчанием скрылась за деревьями.

Похожий на медведя доктор говорил, что пока рано судить о моем состоянии, сперва организм должен окрепнуть. И меня снова и снова поили ароматной настойкой, похожей на мятный чай. И я снова спала.

А потом снова металась в горячке. Было так жарко, что хотелось содрать с себя кожу. Квейн придвинул стул к моей постели, смотрел сочувственно и бормотал что-то ободряющее пополам с извинениями. Но в воспаленном мозгу раз за разом звучали слова Рея о том, что я вряд ли выживу. Страх усиливал боль и жал и ослаблял действие лекарства. Я шарахалась от каждой попытки мучителя прикоснуться ко мне, дико кричала, умоляла его уйти... Казалось, так длилось бесконечно, пока не пришел вожак и за ухо не вывел сына из комнаты.

Старушка, которая единственная тут не наводила на меня ужас, обтерла липкое тело влажной губкой, смоченной в чем-то приятно пахнущем, и я опять провалилась в сон.

Чтобы спустя несколько часов проснуться уже полностью.

Больно не было. С некоторых пор это являлось решающим фактором, который и определял мое отношение к жизни в данный момент. Прямо сейчас в районе солнечного сплетения немного тянуло, но неудобство было незначительным.

Дверь закрыта, но я откуда-то точно знала, что не заперта. И в пределах видимости никого не видно.

Потянувшись до хруста, я снова почувствовала себя живой, села и принялась осматриваться.

Комната выглядела жилой, больше того, была уютной. Много дерева разных оттенков, от светло-орехового до темно-коричневого, пространства не очень много и все заполнено мебелью - высокая кровать, резной шкаф, письменный стол с множеством полочек и ящичков, прикрытая дверь в ванную... На полу лежал мохнатый ковер. Но центром моего внимания стало окно. Большое, во всю стену, и эта стена шла под наклоном. Видимо, комната располагалась под самой крышей. Штор не было, и в стеклах причудливо ломались солнечные лучи, щекотали кожу, заставляли щуриться и улыбаться. За окном был виден приличный кусок крыши - стоит открыть окно и можно выйти на него - край башенки и большая статуя кота. А внизу сад. Без цветов, только травы. И никаких заборов и изгородей, территория вообще никак не была обозначена, просто чуть в стороне начинался лес.

С ума сойти, как красиво!

Пришлось напомнить себе, что меня тут мучили и не известно еще, оставят ли в живых, а то что-то я расслабилась и даже радоваться жизни вздумала.

Тонкий слой пыли на ноутбуке свидетельствовал о том, что к нему не прикасались несколько дней. И перекинутая через подлокотник кожаного кресла клетчатая рубашка наводила на мысли...

Но проверять, как я тут, никто не спешил.

Черт, у меня со дня на день инициация, а я тут разлеживаюсь!

Мысленное напоминание себе о важном оказалось достаточным стимулом выбраться из-под одеяла и начать действовать. Первым делом чутье отправило меня к окну, но там поджидал неприятный сюрприз - слишком хитрая защелка, я таких раньше не встречала и просто не представляла, как с ней справиться. Пришлось топать к двери. Там все было менее печально: она действительно оказалась не заперта и легко поддалась.

В коридоре тоже никто не рычал и не щелкал челюстями. Стараясь двигаться как можно тише, я отправилась на разведку.

Но далеко не ушла. И вовсе не потому, что неугодную деятельность прервали.

Преодолела два залитых солнцем коридора, свернула в третий, с удивлением обнаружила изменение в стиле - на смену большим окнам и светлому дереву пришли растительность и более темные тона в отделке. Такое чувство, что местными интерьерами занимался какой-то сумасшедший, у которого все зависело от сиюминутного настроения! Как раз думала об этом, когда из-за одной из дверей послышались голоса:

– Что с ведьмами?
– тембр оказался знаком, так говорила та особа с косой, которая постоянно пререкалась с мамой.