Любить — значит отдавать! Отдавать без сожаления тому, кого ты любишь, всё, что имеешь. Если нужно — самого себя, как это сделал Христос на Кресте, наглядно показав миру, что такое Любовь.

А страсть — это всегда потребность брать: «дайте мне, а то помру!» или «а то сам возьму!», причём «ни перед чем не остановлюсь»!

Это принцип жизни наркомана — лгать, красть, убить, если нет другого способа добыть предмет вожделения — наркотик, который на краткое время даёт иллюзорное ощущение псевдосчастья — «кайфа», отсутствие которого вызывает у такого несчастного человека мучительное страдание — физическую и психическую «ломку».

Вот почему наркоманию, наряду с алкоголизмом и многими другими «зависимостями», Церковь и называет словом «страсть»!

Кстати, о «синдроме Кармен» — эмоционально-эротическая зависимость от объекта вожделения является одной из самых сильных страстей, источником неисчислимых страданий и преступлений, как бы её ни романтизировала литература и другие виды искусства.

Особенно когда она угнетает душу зависимого от этой страсти в союзе ещё и с его уязвлённой гордыней, тщеславием, завистью и другими «душемучителями».

Вспоминайте вышеприведённое евангельское определение Любви и тестируйте им все чувства и желания, которые пытаются овладеть вашим сердцем под «брендом» любви, и тогда вы избежите того состояния души, которое Церковь именует страданием — «страстью»!

Был у меня в духовнической практике случай: приходит ко мне одна молодая женщина и говорит: «Батюшка! Есть один мужчина, я его так люблю, так люблю! А он любит другую женщину! Я решила — её убью, его убью, а потом себя убью!» — а глаза у неё прямо синим огнём горят!

Еле отговорил… Разве такая «любовь» от Бога? Бога, Который умер Сам, чтобы жили мы?

То же и с любовью к Богу — христиане готовы за свою веру умирать, а представители многих других религий — за свою веру убивать! Как говорят — почувствуйте разницу!

Все задумчиво молчали.

— Так вот, — продолжил Флавиан, — возвращаясь к вопросу о том, почему люди «религиозные» бывают менее сострадательными к ближним, чем люди не ведущие осознанную духовную и церковную жизнь, важно понимать следующее: религиозная жизнь человека может быть как реальной — внутренней, так и формально-показной, внешней.

Причём нередко переход от искреннего горячего богообщения к холодному обрядовому формализму происходит настолько тонко и незаметно, что вчерашний пламенный подвижник благочестия не успевает и заметить, как он становится обычным лицемерным фарисеем.

Кстати, ведь Господа нашего Иисуса Христа распяли как раз не просто «религиозные люди», а религиозная элита израильского народа — священники, архиереи, учёные богословы, монахи — можно в определённом роде таковыми считать секту фарисеев, впоследствии трансформировавшихся в нынешних хасидов-ортодоксов.

Именно те, кто должны были в силу своей религиозной образованности и особой приобщённости к церковной жизни первыми распознать в «Плотнике из Назарета» предвозвещённого пророками Мессию — Спасителя мира, именно они-то и отвергли Христа, оклеветали перед народом и убили.

Эти богоубийцы представляют собой «классический» пример того, как совмещение религиозной жизни с попустительством страстям преображает благочестивого человека в одержимого дьяволом монстра — по виду и по внешним признакам являющегося примером кротости и милосердия, по внутреннему же состоянию духа родственного демонам.

Ждать от такого «религиозного» человека проявления искренней доброты и сострадания бессмысленно.

Конечно, это я описал уже крайнюю, финальную стадию саморазрушения верующего человека. Большинство людей религиозных как раз пребывают в состоянии непрестанной борьбы со страстями, в чём Сам Господь помогает таким людям дарованными Им христианской Церкви благодатными средствами — таинствами и священнодействиями.

Однако без личной внутренней работы по бдительному беспристрастному контролю за состоянием собственной души и непрестанному «строительству внутреннего человека» по образу Христову — примеру жертвенной Любви — все благодатные Дары, имеющиеся в Церкви, будут иметь эффект воздействия на душу минимальный или вообще никакого.

Самое страшное и духовно-опасное для христианина — это принять помысел о совместимости в своей душе Христа и обличаемого Им греха! Принять и допустить этому помыслу преобразиться в реальную форму духовной жизни!

Результат однозначен — грех вселится в такую душу и поработит её себе, а Христос… Христос покинет «дом», в котором «гостеприимный хозяин» вместо угощения ставит на стол чан с нечистотами.

Нельзя соединять в одном сосуде молоко с бензином — такую смесь ни пить нельзя, ни в бензобак залить…