Но подруги не могли поверить следователю.

– Ну вот, теперь все будем валить на цыган! Мы беседовали с цыганами в Горелове. Никто из них даже не намекнул на то, что Розалии было под силу осуществить подобное.

– А они и не станут намекать! Зачем им выдавать свою землячку?

– Боюсь, вы не понимаете. К Розалии у местных цыган неоднозначное отношение.

– Почему?

– Долгое время она была любовницей мужа дочери здешнего барона.

Теперь наступил черед следователя удивляться.

– Ого! – воскликнул он. – Даже так? То есть та информация, которую мне удалось раскопать на эту особу, верна?

Подруги переглянулись.

– А что вам удалось раскопать про Розалию? – осторожно спросила у Кантемирова Кира. – Наверное, она страшная личность. Может быть, воровка? Или сбывала наркотики? Замешана в международном терроризме?

Следователь расхохотался:

– Нет, все далеко не так страшно. В послужном списке нашей Розалии всего лишь несколько семей, куда она приходила в качестве учительницы пения и танцев. Конечно, никаких заявлений в полицию эти люди не относили. Но тем не менее нехороший слушок про Розалию по Вильнюсу пошел. Ее взяли на заметку в тамошней полиции. И, собственно говоря, оттуда я и имею свои сведения о ней.

– И в чем же ее подозревали?

– В мошенничестве. Но мошенничестве таком ловком, что даже сами обманутые не решались признаться об этом в полиции.

– А что там было?

– В одном месте у хозяев пропали крайне важные бумаги. Правда, через несколько дней они нашлись, но надобность в них к этому времени уже отпала. Крах главы семьи и владельца банка был неизбежен. И очень скоро он разорился на радость своим конкурентам.

– Именно потому, что в нужное время не смог продемонстрировать пропавшие бумаги?

– Да.

– И вы подозреваете, что к пропаже бумаг приложила руку Розалия?

– Этого я не говорил. Но это мнение литовской полиции.

– А в чем предосудительном еще была замечена Розалия?

– В другой семье, где она служила, активно готовились к свадьбе. Невеста была богата, а жених так себе. И семья невесты совсем не была в восторге от выбора девушки.

– И что же? Как тут проявила себя Розалия?

– Не знаю, как она это сделала, но буквально за неделю до свадьбы невеста разорвала помолвку.

– Разлюбила жениха?

– Вряд ли. Потому что спустя еще сутки девушка пыталась покончить с собой. Ее удалось откачать, она долго лечилась в психиатрической клинике, но до конца в норму она так и не пришла.

– А жених?

– Он пытался помириться со своей невестой. Но та сказала, что видела своими глазами достаточно. И что Розалия была права на его счет. Она, дура, цыганке-гадалке не верила. А ее гадание оказалось чистой правдой. Дескать, Розалия нагадала ей, что жених обманывает ее с другой женщиной. У невесты закрались подозрения, она стала шпионить за парнем и очень скоро узнала, что он действительно встречается с другой.

Интерес подруг к рассказу Кантемирова возрастал все больше и больше. Оказывается, Розалия не такой уж наивный цветочек! В ее жизни были довольно пятнистые страницы. И есть, наверное, множество людей, которые хотели бы поквитаться с лгуньей и обманщицей.

– А кому еще гадала на картах Розалия? И кто еще может желать ей зла?

– Еще была семья, в которой муж завел любовницу. Розалия была нанята к его детям в качестве учительницы музыки. И через некоторое время блудный отец был вынужден вернуться в семью, потому что его любовница куда-то исчезла, не оставив ни прощального письма, ни даже записки.

Подруги переглянулись. Ага! Вот они, кажется, и добрались до самого дна.

– Пропала? – переспросила Кира многозначительно. – Совсем пропала?

– Бесследно. Вместе со своими вещами и подарками любовника.

– Нашла покровителя побогаче? Холостого? Без детей и учительницы музыки?

– Судьба этой девушки полиции не известна. Да и каждый из этих случаев сам по себе не выглядит сколько-нибудь значительным. Однако, учитывая, что каждый раз во время драматических событий в семьях работала Розалия, закрадываются смутные сомнения.

– И у литовской полиции их тоже накопилось немало?

– Да.

– Наверное, поэтому Розалия и поспешила покинуть эту страну?

– Возможно. Поступила к Антоновым в услужение, надеясь вместе с ними поехать в Россию. Таким образом она получала кров, еду и работу. В Литве ей грозило расследование. Но так как ее вина не была доказана, то в России литовские власти не стали преследовать эту полуцыганку. Они успокоились тем, что она покинула Литву и больше не могла пакостить честным гражданам этой страны.