– Вот теперь пора! – обрадовалась Кира. – Видишь, средство действует!

– Что ты им подсыпала?

– Ничего я не подсыпала! Скажешь тоже.

– Не верю. Иначе с чего бы им всем приспичило в туалет.

– Просто я дала официанту пару тысяч. И он согласился добавить в их коктейли еще один ингредиент.

– И что это было?

– Помнишь, у наших кошек было неладно с желудками? Они никак не могли сходить в туалет, и ветеринар прописал им слабительное?

– Ты накапала этим людям кошачье лекарство? – испугалась Леся.

– Что ты переживаешь? Все равно у него уже срок годности закончился, – пожала плечами Кира. – Нашим кошкам я не рискнула бы его дать.

Леся потеряла дар речи. Она просто не знала, что ей еще прибавить. Но Кира и не нуждалась в ее комментариях.

– Средство подействовало отлично, – радовалась она. – Как раз хватило на всех. Все израсходовала до последней капельки!

– Кира!

– Ну что Кира? Ты же сама переживала, что дорогущее лекарство за три тысячи нам больше не понадобилось и что придется его выбросить. Так вот теперь не придется!

– Кира!

Но Кире уже надоели упреки подруги. Она вскочила на ноги и зашептала:

– Пойдем быстрей. Пока эти с горшков не слезли!

Марко на появление возле себя двух незнакомых девушек никак не отреагировал. Он их попросту не заметил. Мужчина находился в каком-то странном оцепенении. И подруги даже подумали, а не опередили ли их коварные родственники? Вдруг они, в свою очередь, подлили Марко чего-нибудь дурманящего в еду или питье, чтобы он вел себя мирно и без эксцессов?

Но внезапно мужчина ожил, посмотрел на девушек и произнес:

– Значит, вы и есть те самые вестницы беды?

– Вестницы?

– Это ведь вы сообщили моему отцу известие о смерти Розы?

– Ну… Да. Это мы.

Марко кивнул головой и снова затих. Что это с ним такое?

– Эй! – потрясла Кира его за рукав. – Вы в порядке?

– Что? – поднял на нее мутный взор Марко.

– Вы в порядке?

Неожиданно мужчина улыбнулся. Улыбка получилась у него неровная, словно местами его мышцы парализовало.

– В порядке? – повторил он Кирин вопрос. – Как я могу быть в порядке? Моя Розалия умерла! Убита! А я даже не могу наказать ее убийц!

– Но вы знаете их имена? Назовите их нам!

– Я ничего не знаю, – покачал головой Марко. – У меня нет доказательств. Но мой свекор достаточно влиятельный в здешних местах человек. Ему было под силу уничтожить Розу! И я знаю, он хотел ее смерти! Она была ему словно шило в заду. А наш барон такой человек, который не станет терпеть неудобства.

Подруги онемели. Вот оно как! Значит, Марко обвиняет в смерти любимой женщины родню своей жены! Интересно, его обвинения голословны или имеют под собой доказательства?

– Доказательств у меня нет, – тяжело вздохнул Марко. – Но все случилось так кстати… Нет, я не могу поверить, что барон не имеет к этому никакого отношения.

– О чем вы говорите?

– Мы с Розой хотели уехать, – произнес Марко. – Понимаете? Мы даже запланировали время нашего отъезда. Конец весны. Апрель или май месяц. То есть уже через несколько дней я мог быть наконец-то свободен! Если бы… Если…

Он замолчал, и подругам даже показалось, что сейчас он заплачет. Чтобы отвлечь мужчину, Кира спросила:

– Почему именно апрель или май?

– Я не знаю, – покачал головой Марко. – Розалия просто сказала мне, что к тому времени у нее будет уже достаточно денег, чтобы нам двоим хватило бы до конца наших дней.

Вот это да! Подруги были потрясены. Выходит, Розалия не просто так вернулась в Россию. Она собиралась выкрасть своего мужчину у его законной жены и детей. Увести зятя из-под носа влиятельного тестя или, как говорили тут здешние цыгане, свекра! Она хотела опозорить всю семью барона! Да, за такое могли и убить. Особенно если за Розалию некому было заступиться. И некому было отговорить ее от безумного плана.

– Но как такое могло получиться? Ведь у вас семья… Дети… Вы всю жизнь прожили с ними и вдруг под старость решили, что больше не хотите?

– Вот именно, – спокойно кивнул головой Марко. – Не хочу и не могу. Дети уже выросли. У них собственные семьи. Они уже не нуждаются во мне.

– А ваша жена?

– Да. С Радмилой могли возникнуть проблемы. Она не из тех женщин, которые смиряются с изменой. Поэтому я и не хотел больше лжи. Хотел уехать отсюда навсегда, обрубить все связи. Пусть бы Радмила и ее отец распустили весть о моей смерти. Мне все равно! Мои дни и так сочтены. Болезнь все сильней берет меня за горло. Скоро я умру. Но я хотел хотя бы последние месяцы своей жизни быть счастливым! Плевать на людскую молву! Я не собирался сюда больше возвращаться!