— Где у нас десерт?

— Здесь.

Из коробки, которую Тайга купила несколько дней назад, Рюдзи достал два пирожных Баумкухен 5 и положил на блюдо. Умяв четверть кило свинины с имбирём и три миски риса, Тайга не собиралась отказываться от десерта. Так что Рюдзи решил съесть их сегодня на пару.

Когда Рюдзи аккуратно поставил блюдо на короткий столик…

— Вставай, как ты собираешься пить чай лёжа?

Он похлопал Тайгу по ноге. Тайга, уже пристроившая своё сиденье в качестве подушки, взмахнула волосами и поднялась…

— Десерт… а почему здесь только два пирожных?

— Одно моё.

— Блин… жадина. Ты должен был всю коробку притащить, ради всего святого!

Тайга нахмурилась, увидев, что Рюдзи принёс только два пирожных. «Да, да» небрежно ответил Рюдзи, садясь рядом и включая телевизор, чтобы посмотреть бессмысленную еженедельную викторину. Их диалог стал односложным.

— Что?

— Ничего.

— Извращенец.

Рюдзи обнаружил, что смотрит на щёку Тайги. Тайга не обращала на него внимания и продолжала смотреть телевизор, нахмурившись.

В этот обычный вечер Рюдзи не мог не смотреть на Тайгу, потому что должен был кое-что ей сказать. Он не смог заставить себя сказать это, когда Ясуко была ещё дома, когда они втроём сидели за обеденным столом. Да и Тайга не собиралась позволить ему упоминать это.

— Ум-м… знаешь… твой отец… он странный человек.

— Эти Баумкухен действительно надо есть слой за слоем.

Тайга проигнорировала Рюдзи и откусила кусочек тонкого слоя пирожного своими беличьими зубами.

— Никогда не ел ничего похожего… Ах да, я сегодня уже слопал бублик. Твой отец взял бублик с лососем, как и ты. У вас действительно похожие вкусы. Вы оба любите сыр.

— Так ты своё не будешь? Тогда отдай его мне.

— Мы много говорили… Похоже, он беспокоится о тебе.

Тайга выхватила пирожное из руки Рюдзи и откусила от него. Она продолжала игнорировать Рюдзи, отвернувшись к телевизору. Лишь её плечи выдавали волнение.

— Эй, ты меня слушаешь? Хоть я и не в том положении, чтобы говорить это, но почему бы тебе хотя бы не встретиться с отцом? Потому что недавно… эй… ты хоть слушаешь?

Не я должен говорить ей это. Так думал Рюдзи. Это должен лично сделать её отец. Но чтобы Тайга не отвергала всё, даже не зная, что происходит, я мог бы упомянуть это…

— Твой отец… сказал, что хочет жить с тобой.

— Ты идиот?

Лишь звук телевизора разносился по маленькой квартире. Тайга не смотрела на Рюдзи, она холодно сказала это, отвернувшись. В чём дело? Рюдзи смотрел на ухо Тайги, высунувшееся из-под волос. Его голос зазвучал решительнее. Почему она всегда такая?

— Прекрати жевать. Я с тобой серьёзно разговариваю.

— И я всерьёз ответила тебе «Ты идиот?». У тебя что-то с мозгами случилось?

— Я говорю это для твоего же блага!

— Тебя кто-нибудь об этом просил? Прекрати вмешиваться в чужие семейные дела!

— Что?! Разве не ты просила меня встретиться с твоим отцом?! Ты должна как минимум выслушать, что я думаю об этом! Или ты просто удовлетворишься тем, что получила деньги?

— Конечно! Я благодарна тебе, потому и помогла вымыть посуду. И на этом всё!

— Не будь смешной! Ты должна ещё и выслушать меня!

— Заткнись уже! Прекрати притворяться, что понимаешь меня!

Тайга наконец развернулась. Её глаза горели гневом и раздражением. Но когда эти глаза встретились с глазами Рюдзи, эмоции в них поутихли. Гнев остыл.

— Разговор окончен. Мне надоело, я иду домой. Да, и позволь сказать тебе ещё кое-что. Не пытайся дуться по этому поводу. Разбуди меня завтра как обычно. Меня это нисколько не трогает.

Казалось, Рюдзи заставил Тайгу заскучать. Держа в руке наполовину съеденное пирожное, она быстро натянула носки и резко двинулась по татами к выходу. Рюдзи пошёл за ней, чтобы остановить её…

— Твой отец очень расстроен, что ты игнорируешь его. Тебе его совсем не жалко?

— Это меня надо жалеть!

Дело закончилось перебранкой. Ну почему она должна быть такой упрямой, даже сейчас?! Рюдзи был слишком удивлён, чтобы что-нибудь сказать. Тайга презрительно взглянула на него, надела туфли и просто сказала на прощание «До завтра». Она действительно пошла домой.

Должен ли я пойти за ней? Надев одну тапку, Рюдзи снова заколебался.