– Кто?!.. Где?!..
– испуганно изумились подруги, и только Миклуха изумилась восхищённо: - "Во даё-о-от!.."

– Что - кто - где?
– в свою очередь удивился Лёшка и нахмурил брови.
– Вы чё, девчонки, приказа министра геологии не читали?

– Н-неа...
– выдавили обе потерянно. Юлька только глазами хлопала. Люда, было, засомневалась - в конце концов, какой ещё приказ!
– но Лёшка был так сурово серьёзен, что недоверие растаяло само собой.

– Ну, девки, вы даёте!
– словно не в силах поверить, покрутил он головой, а на Люду, попытавшуюся привычно возмутиться, только рукой махнул.
– Приказ министра. Из всех экспедиций формируют отдельную добровольческую бригаду гражданской обороны. Наших уже вчера из автомата стрелять учили...

– Не поняла?!
– возмутилась, аж подпрыгнула Юлька.
– Как это - уже учили?! А мы?!!

Люда же подумала, что пострелять - оно конечно прикольно, но её, скорее всего, отправили бы подопытным кроликом к санитарам, и всё бы удовольствие было - изображать мумию. Знаем мы эту гражданскую оборону!

– Так вам не надо учиться, - с готовностью пояснил Лёшка.
– Вас в спецподразделение зачислили. И оружие сразу в тылу врага выдадут. Сначала забросят, значит, а там уж стреляйте, как хотите и куда хотите. Попадёте, не попадёте - не важно, главное, - и он торжественно вознёс указующий перст, - мирное население не пострадает!

– К-какое население?
– проблеяла запутанная вконец Юлька.

– Желательно своё. А если вражеское - то фиг с ним, пусть страдает. Да. И коллективу будет спокойней. И кстати, - совершенно не меняя выражения обратил он внимание на Люду, - вы знаете, что порча шофёра в военное время считается вражеской диверсией и карается без суда и следствия?

– А мы немножко, - пообещала Люда, выбирая между тарелкой и стулом: в первом случае жалко было тарелку, во втором - Лёшку... Но, как же хочется!

– Э! Ребята, вы чего?
– забеспокоилась Юлька.
– Нас же ждут!

– Кто?!
– увлёкшись тяжким выбором, Люда не сразу сообразила, что подруга имеет ввиду.

– Ну, эти... как их... Ну, в тыл забрасы... вать... Ну, вот чего вы ржёте?!

Люда уронила стул и схватилась за стол, пытаясь сохранить остатки равновесия. Лёшка привалился к стене и с улыбкой умалишённого закатывал глаза в потолок. До Юльки вдруг дошло, ЧТО именно она сказала, и она обиделась.

– Издеваетесь, да?!

– Что ты, Юлечка!
– опустил на неё честные без улыбки глаза Лёшка.
– У нас не получится.
– И предложил в качестве мировой: - А давайте пойдём уже?

– Да, кстати, о "пойдём"...
– вспомнила Люда.
– Я-то куда?

Лёшка посмотрел на неё так, будто вот-вот собирался что-то сказать, но почему-то не сказал. Помогла Юлька:

– Да пошли, чего будешь одна тут киснуть!

Люда страдальчески вздохнула, пожала плечами... и согласилась, но проходя мимо подруги, проворчала в её сторону:

– Диверсантка...

– Сама дура!
– догнало её сзади.
– Морочат людям голову...

– А кстати, Люд!
– с заметным облегчением присоединился Лёшка.
– В больницу на перевязку съездили бы с работы. Я подброшу на машине...

"Ну да, я же больная!" - подумала Люда и вздохнула Миклухой: - "На всю голову..."

Дорогой Лёшка по обыкновению приотстал, давая девушкам полную свободу общения. Но общения не получалось. Сначала они молча на ходу дожевывали свой скоропостижный завтрак. Потом оказалось, что Юлька по-прежнему дуется, а у Люды и так хватало противоречивых ощущений, чтобы ещё подружку ублажать.

Неадекватное зудящее беспокойство вернулось и настойчиво требовало к себе внимания. Попадающиеся то и дело военные патрули ему в этом способствовали. Даже Миклухе было не до разговоров. Малая как-то странно отсутствующе присутствовала. Она совершенно определённо БЫЛА, но попытки войти в её ощущения с завидным постоянством оканчивались паническим "О-О-ОЙ!" и возмущённым "НУ, ЛЮ-У-У!", которое и водворяло "улетевшее" Людыно сознание на его законное место. В конце концов, Люде это надоело и она, слегка обидевшись, осталась наблюдать со стороны, как малая растекается мыслью в пространстве, выглядывая и вынюхивая причину всё той же, общей на них двоих напряжённости. Больше всего она напоминала при этом паука в ловчей сети, который терпеливо замер, улавливая малейшее подрагивание нитей. Только пауки бывают страшные, а бывают симпатичные. "Вот Миклуха, наверное, похожа на такого симпатичного - зелёненького, изящного - какие бывают в малиновых кустах", - потянуло Люду на воспоминания.
– "Вечно поразвешивают свои ажурные паутинки поперёк прохода и так трудятся над ними, так их заботливо выплетают, что рука не подымается всё им рушить. И лазишь потом - не то малину собираешь, не то дурачков этих обходишь. Эх, где-то сейчас малина должна уже быть, если совсем не прошла... Тьфу-ты!! Ну, о чём я думаю!"

Люда одёрнула своё воображение и обнаружила, что за это время Юлька уже успела её простить и, как ни в чём не бывало, что-то своё рассказывает. Причём, кажется, спрашивает её мнения...

– Да!
– серьёзно сказала Люда и веско кивнула. Странно, но подругу это вполне удовлетворило.

– ...Берёт так и заявляет мне: "Сама убирай!", - продолжила та воодушевлённо.
– Ну, представляешь?! Представляешь?!

– Ва-а-аще!
– согласилась Люда и покрутила головой от возмущения.