Уже засыпая, Ксения улыбнулась в последний раз и впервые за столько времени спокойно и умиротворенно заснула.

Следующий день начался с напевания весёлой песенки, с радостных мосек сыновей, которые светились в ответ на отличное настроение мамы и все вместе собирали вещи для небольшого переезда. Когда уже было почти всё готово, прибежал Вит с новостями.

– Идёмте скорее, там северяне приехали к герру Лейфу.

Ксения испугалась.

– Его арестовывают?
– безжизненным голосом спросила она.

– Нет, там совсем другое, там..., - Вит задумался, как точнее сказать, - ...там женщина и её охрана. Идёмте же, интересно.

Зачем-то схватив объёмный узел, который был уже приготовлен, она побежала вместе с детьми к дому северянина.

Идти было недалеко, метров сто. Издалека было видно, что народ уже подтянулся посмотреть на приехавших. Несколько конных, карета и кроме односельчан никого не видно. Подойдя ближе и встав возле женщин, Ксения подхватила удобнее узел одной рукой, другой прикрыла лицо уголком платка от охраны, больше по привычке и стала смотреть.

– К твоему-то баба какая-то приехала, - тут же доложилась одна из рыбачек.

– Из ихних, волосы, что пена морская, - добавила другая, кося ехидным глазом на Ксению и следя за её реакцией.

– Ну и что, - возразила третья, - красивая, да не леди. Уж мы-то знаем, как настоящие леди должны выглядеть. А просто красавиц у нас самих полно.

– Ой, ну ты как скажешь, - рассмеялась ещё одна сплетница.

– А и скажу, вон у нас Мати, разве не красавица была? Волосы смоль, глаза не оторвёшь взгляда, утонешь в них, щеки с румянцем, ладная, статная. Красавица!

– Мати, да, пожалуй, - согласились женщины.

Ксения не знала, что делать, толи выйти, показаться и встать плечом к плечу с Лейфом, толи понаблюдать, не усложнять ему жизнь.

– Ну вот и эта, такая же. У нас черноволосые девки, а у этих все белоголовые. Так что, поверьте мне, не леди она, хоть и красива.

Дверь отворилась и из неё вышли Лейф с обсуждаемой северянкой. Женщина была молода, но намного старше Ксении. На глазок ей по земным меркам было лет тридцать, это значило, что она близка к столетию. Ксении хоть и было уже по земному около тридцати, но на вид она не изменилась с тех пор, как попала сюда. Северянка, безусловно, по здешним меркам молода, но ей пора быть замужем лет двадцать. И самое главное, что белоснежка была очень красива. Идеальная красота. Лицо, фигура, походная одежда, пластичные движения всё в ней было идеально.

Как только женщина вышла, так сразу взяла мужчину под руку и прижалась к нему, тихо говоря что-то. Он не особо реагировал, был нахмурен, недоверчиво и иронично смотрел на неё. Увидев, что вокруг стоят зрители, ещё больше нахмурился. Потом взгляд его остановился на Ксении с узлом в руке. Её взгляд, встревоженный, беспокоящийся, задержал его и, проводив соотечественницу до кареты, он оставил её с недоумением на лице, подходя к Ксении.

– Ксюша, пойдём в дом, - негромко сказал он.

За леди с любопытством следили не только деревенские, но и северная дева.

– Вон, смотри, я же говорила не благородных кровей она. На морду её глянь, счас в драку полезет,

– тут же прокомментировала одна из баб.

– Ну да, у тебя глаз острый, точно, даже страшной сделалась, перекособочило её как!
– с удовольствием подключилась к новому витку обсуждений рыбачка.

А землянка прошла в дом и поставив злосчастный узел на табурет, ничего не спрашивая, вопросительно посмотрела на Лейфа.

– Ксюша, молодого императора свергли, теперь на троне брат Гая. Меня снова зовут занять прошлый пост, как и многих других людей.

– Поздравляю, - робко улыбнулась женщина, - ты достоин должности управленца на самом высоком уровне.

– Это не всё, та женщина, что ты видела, это моя жена, - потирая лоб произнёс мужчина.

– Которая развелась?

– Да. Илая объяснила, что всё это время была при дворе, пытаясь восстановить моё положение.

– Ты ей веришь?
– тихо спросила Ксения.

– В общем, да. Она такая, пробивная. Да и при дворе у неё много знакомых, поклонников...

Ксения не совсем понимала отношения Лейфа к жене. Толи она его союзник, толи у него есть к ней чувства.

Мужчина присел, ему явно было неловко или он не знал, что сказать. В дом вошла северянка.

– Илая? Я просил тебя подождать, - строго произнёс он.

– Ну уж нет. Я за тебя боролась, я имею право посмотреть, что за потаскушку ты приглашаешь в дом. Зачем? Что у тебя нет денег?

– Прекрати, - звон упавших к ногам Ксении монет и его резкий окрик прозвучали одновременно.

– Не смей на меня повышать голос, - обиженно, переходя на свой язык, вскрикнула Илая.

– Прости, но и ты не спеши с выводами, - так же на северном наречии ответил мужчина.