– Она расстроена?

– Конечно, она расстроена, - сказала Эмма.
– Я думаю, что не потому, что он снова был ее парнем в течение нескольких недель, а потому что они знали друг друга так долго. Их жизнь полностью переплетается.

– Где она сейчас?
– спросил Марк.

– Помогает Диане и остальным приготовить комнаты для Центурионов, - сказала Эмма. – Никогда бы не подумала, что разносить простыни и полотенца заставит кого-то повеселиться, но Кристина обещала, что будем им веселье.

– В землях фейри я бы вызвал Розалеса на дуэль, - сказал Марк.
– Он нарушил свое обещание,

обещание любви. Мы бы встретились с ним в бою, если бы Кристина позволила мне стать ее чемпионом.

– Ну, не повезло, - сказала Эмма.
– Кристина заставила меня пообещать, что я не трону его, и я держу пари, что это касается и вас двоих.

– Значит, ты говоришь, что мы ничего не можем сделать?
– Марк нахмурился и в этом прослеживалась схожесть с Джулианом. Что-то было в них, подумала Эмма, хотя они и были разными - один светлым, другой темным; но в этот момент они казались больше похожими на братьев, чем в течение долгого времени.

– Мы можем помочь с комнатами, чтобы Кристина пошла спать, - сказала Эмма.- Диего заперт в одном из кабинетов с Зарой, так что не похоже, что она собирается наезжать на него.

– Мы собираемся отомстить Диего, сложив полотенца?
– сказал Джулиан.

– Фактически, это не его полотенца, - заметила Эмма.
– Это - полотенца его друзей.

Она направилась к выходу, оба парня неохотно пошли за ней. Было ясно, что они бы предпочли скорее смертельную схватку на лужайке, чем заправлять постели для Центурионов. Эмма и сама этого не хотела.

Джулиан была намного лучше нее в застилании постелей и стирке белья.

67

http://vk.com/the_dark_artifices 2017

– Я могу присмотреть за Тавви, - предложила она. Марк пошел впереди нее по коридору; она шла рядом с Джулианом.

– Тавви спит, - сказал Джулиан. Он не упомянул, как нашел время, чтобы уложить его спать в перерывах между остальными событиями. Но это же был Джулиан. Он всегда найдет время.
– Знаешь, что кажется странным?

– Что?
– Сказала Эмма.

– Диего должен был знать, что его раскроют, - сказал Джулиан.
– Даже если он не ожидал, что Зара прибудет сегодня с остальными Центурионами, его друзья знают о ней. Один из них упомянул бы его невесту.

– Хорошая мысль. Диего может быть нечестным, но он не идиот.

– Есть способы причинить ему боль, не прикасаясь к нему, - сказал Джулиан. Он сказал это очень тихо,

чтобы только Эмма услышала его - в его голосе было что-то темное; это заставило ее дрожать. Она повернулась, чтобы ответить, но увидела, что Диана подходит к ним по коридору, ее выражение очень похоже на того, кто поймал отлынивающих от работы людей.

Она отправила их в разные части Института: Джулиана на чердак - проверить, Артура и Марка на кухню, а Эмму в библиотеку - помочь убраться близнецам. Кит исчез.

– Он не сбежал,- любезно сообщил ей Тай.
– Он просто не хотел застилать кровати.

Когда они закончили уборку, распределили спальни Центурионам и договорились о доставке еды на следующий день, было уже поздно. Также они организовали патруль, чтобы охранять Институт в ночное время, и наблюдать за неконтролируемыми морскими демонами.

Подойдя по коридору к своей комнате, Эмма заметила, что из-под двери Джулиана сочится свет. На самом деле дверь была приоткрыта; музыка плыла в коридор.

Не осознавая, что делает, она оказалась перед его комнатой, подняв руку, чтобы постучать в дверь. На самом деле, она постучала. Она в шоке опустила руку, но он уже распахнул дверь.

Она моргнула. Он был в старых пижамных штанах, с полотенцем, переброшенным через плечо, и кистью в одной руке. На его обнаженной груди была краска, и немного в волосах.

Хотя он не касался ее, она знала его тело, его жар. Черные спиралевидные знаки обвивали его торс,

как виноградные лозы оплетают столб. Она сама нанесла некоторых из них, еще в те дни, когда прикосновение к нему не заставляло ее дрожать.

– Ты что-то хотела?
– спросил он.
– Уже поздно, и Марк, наверно, ждет тебя.

– Марк? – На мгновение она почти забыла о Марке.

– Я видел, как он зашел к тебе в комнату. – Краска, капнув с кисти, разбрызгалась на полу. За спиной