Ледяная дева развернулась, раскинув руки, сдерживая снежную бурю, давая им возможность спастись.

И тут раздался громоподобный обозленный возглас:

– Будь ты проклята, девка! Ты должна была повиноваться мне, но ты пошла против меня!
– один, невероятной силы порыв, и Ледяная Герда рассыпалась на сотни сверкающих осколков, закружившись, медленно осевших на пол - вот и всё, что от неё осталось, - Ты предала меня, а я не прощаю предательства!

Обернувшись, Маргарита громко закричала, потом тихо прошептала:

– Жестоко, это было слишком жестоко...
– и тут она нащупала что-то в кармане юбки...

Спичка! Единственная маленькая спичка!

Девушка как-то странно улыбнулась, остановившись, и щелкнула пальцами:

– Как легкомысленно было оставлять спичку той, кому подвластен огонь - сейчас здесь станет жарко, и твой замок исчезнет множеством ручейков с живительной водой, что будут питать землю, стекая с вершин, и ты больше не будешь замораживать человеческие сердца.

И когда спичка догорела, опекая державшие её пальцы, Маргарита открыла глаза и снова увидела зеркальный зал.

"Иногда думаешь: все кончено, точка, а на самом деле - это начало. Только другой главы."

Илья Эренбург

Елисей, не унывая,

К ветру кинулся, взывая:

"Ветер, ветер! Ты могуч,

Ты гоняешь стаи туч,

Ты волнуешь сине море,

Всюду веешь на просторе,

Не боишься никого,

Кроме бога одного.

Аль откажешь мне в ответе?

Не видал ли где на свете

Ты царевны молодой?

Я жених ее" - "Постой, -

Отвечает ветер буйный, -

Там за речкой тихоструйной

Есть высокая гора,

В ней глубокая нора;

В той норе, во тьме печальной,

Гроб качается хрустальный

На цепях между столбов.

Не видать ничьих следов

Вкруг того пустого места;

В том гробу твоя невеста".

Александр Пушкин "Сказка о мертвой царевне и семи богатырях"

Только успели Джон вместе с Маргаритой появиться из зазеркалья, радости друзей, взволнованно бросившихся к ним и наперебой задававших вопросы, интересуясь их самочувствием, не было предела.

– Какое счастье, что вы вернулись!
– а Джон с Маргаритой не меньше рады были снова видеть родные лица, и пусть не ясно до конца пока, что же произошло, и где они оказались, но они живы, они снова вместе, а значит - всё преодолимо, и это - самое главное.

Маргарита в это время аккуратно вынимала из его спины оставшиеся осколки, и только ощутив под своими ладонями обволакивающее тепло его тела, она наконец смогла успокоиться. Джон, казалось, не замечал дискомфорта от множественных царапин, багровевших на его спине, всё время смотря на неё, потом обводя взглядом остальных: он правда был рад видеть их целыми и относительно невредимыми, в особенности - свою родную сестру и своего сводного брата - вид у всех был изрядно потрепанный: изорванная, выпачканная, промокшая одежда, по всему телу - синяки и ссадины. Его и самого всё ещё знобило, и голова кружилась и болела.

– Как же я рада, что ты не забыл Солнца свет. Не забыл меня, - Маргарита крепче прижалась к нему.

– Разве можно забыть тебя? Ты - квинтэссенция всего, что мне дорого, всего, что я люблю в этом мире, всего, за что я люблю этот мир. Ты стала частью моей сути. И ты снова вернула мне самого себя. Я не скрываю, что ценю жизнь во всех её проявлениях: я люблю вкус хорошей еды и хорошего вина, женскую красоту и детский смех, звучание приятной музыки и неторопливой беседы, восхищаюсь талантами и природным даром настоящих мастеров человечества. Люблю, когда в доме шумно и много гостей. Следующих гостей, следующей женщины, как и следующей жизни - не будет, мы живем только раз, и этот раз нужно прожить как можно полнее и ярче. Лишившись способности чувствовать и переживать, я и сам точно перестал существовать, растворившись в холодной безучастности, и это убивало меня.

Мне в окошко заглянула Королева снежная. В сердце льдинкой мне кольнула, холодная и нежная. И теперь за мною выбор. Как мне быть и что сказать? То ли жить мне, как все люди, то ли белым снегом стать.

– Я ни кому не отдам твое сердце, - с пылом заверила мужа девушка, - я всегда буду хранить его.

Джон благодарно улыбнулся и поцеловал её в макушку:

– О! Тогда оно, несомненно - в самых надежных руках.

– Ну, вот, - маленькая японка Мей Сакурада торжествующе подняла указательный палец, широко улыбнувшись, - Я же говорила, что только она сумеет! Никогда нельзя недооценивать влюбленную женщину. Тех, кому суждено быть связанными алой нитью судьбы, не разлучить - никому и никогда, даже спустя пятьсот лет и множество перерождений: так говорит восточная мудрость, - и подарила Маргарите теплый взгляд своих карих глаз.