– Вот такие дела, красавчик! – снова поддел меня Мелиор. – Здесь лучше не бродить в одиночестве мальчикам из Рима. Иначе твоя шкура может пойти на чей-нибудь щит.

Ему нравилось подкалывать меня, именуя то малышом, то красавчиком. Поскольку то и другое было далеко от истины, я начал подумывать, не обидеться ли. Потом решил, что моя мысль стать незаметным неплохо воплощается в жизнь.

Разорив капище, солдаты побродили по холму, но командир созвал их в строй.

– В этих местах не стоит ходить малым числом. Куда вы направляетесь?

– Туда, где можно поесть и заработать, - ответил Томба, улыбаясь. Улыбка у него была располагающая, так что покорила даже этого Мелиора.

– В Иске Думнонийской, что на Эксе вы найдёте и то, и другое. Если присоединитесь к нам.

– Охотно, - сказал мой брат за двоих. Он знал, что я не стану спорить.

А я и не ведал в тот миг, что начинается цепь событий, которая неумолимо опровергнет мои планы и сделает меня служителем самого загадочного и самого справедливого из богов.

Воин представился нам Фабием Валентом.

– Но люди чаще называют меня Мелиором, - добавил он, не смущаясь. Видно, его нисколько не тяготило пышное прозвище , как не тяготила пышная шкура на плечах. Мне было бы неловко носить и то, и другое. Впрочем, с некоторых пор люди всерьёз именуют меня Мечом Истины, это не менее пышно, а я уже не смущаюсь – привык. Должно быть, Валент точно так же привык к своей славе и принимал её вполне непринуждённо. Он был здесь хозяином, мы – гостями. Он защищал нас, и, кто знает, что было бы, попадись мы на глаза Морридигу с его людьми. Так что Мелиор имел все основания относиться к нам покровительственно.

Впрочем, моего друга он сразу зауважал. На расспросы о себе, бывший гладиатор ответил очаровательно уклончиво:

– Там, где я сражался в последний раз, меня называли Томба Нубиец. Ещё называли Томбой-копейщиком, но теперь это в прошлом.

Мой друг по-прежнему ехал верхом. Мелиор, убедившись, что окрестности безопасны, зашагал рядом с ним, заставив меня несколько приотстать. Они вели беседу равных.

– Кому ты оставил свои пальцы? – спросил Фабий Валент. Кажется, он и Томбу был бы не прочь поддеть.

– Я был лучшим, Мелиор. Но повстречал лучшего из лучших. Он мог сделать со мной всё, но забрал только это.

Поразительно, ему нравилось об этом рассказывать!

– И как ты без пальцев управляешься со своим чудесным мечом? – воин не мог не оценить качество оружия.

– Этот меч для особых случаев, - ответил мой друг, не ведая, насколько близок к истине.
– Если очень захочу, я могу убить и без меча.

Томба зажмурился, прислушался к чему-то, потом сделал молниеносное движение левой рукой. В кулаке трепыхалась пойманная муха.

– Побеждена!
– воскликнул Мелиор. – Мухи Британии тебе не страшны. А как с людьми?

– Я могу сражаться левой рукой. Кстати, моего друга зовут Марк Визарий Лонга, - Нубиец не мог не вспомнить, с кем постигал искусство двуручного боя.

– О как! – усмехнулся Фабий Валент. – Действительно, Лонга. И что можешь ты, Лонга?

Его голос казался мне густым и жирным. Равно как и ухмылка, в которой не было ни капли уважения.

– Могу с закрытыми глазами писать по-гречески, - пробурчал я, отворачиваясь.

– О как! – повторил он, но цепляться перестал.

Вскоре у них нашлась тема поинтереснее, и я навострил уши.

– …политика, как лезвие меча, - говорил Валент. – В Иске теперь поселился король думнониев Гадеон. Папаша его Конан Мериадок в своё время отказался поддержать Максимуса Магна в его притязаниях на трон, за это римляне позволили ему создать собственное королевство. Лишнее это было, только теперь поздно что-то менять. Нам приходится с ним считаться. И наблюдать, как этот щенок Гадеон заигрывает с друидами, которые обещали ему могущество. Хоть и знает, что магические игрища давно запрещены. Но ты видел сам: неметон в сутках пути от Иски. И ближе есть, даю тебе слово! А приходится терпеть, потому что в Иске под командой центуриона Сергия Массалы всего три сотни копий. Гадеон, если захочет, соберёт по лесам больше. И они пойдут за ним, если он пообещает вернуться к старым богам. Пока он не решается, но кудесники зашевелились.

– И чего хочет Гадеон?

– Стать верховным королём бриттов. Пока он собирается это сделать, опираясь на римские копья, нам ничего не грозит. Массала это понимает. С Гадеоном надо дружить. Но для этого придётся покончить с кровавой собакой Морридигом. Вот поэтому Массала сидит в Иске и приглядывает за королём, а я бегаю по лесам, разыскивая друидов.

– И там найдётся дело для старого солдата, потерявшего пальцы?

Мелиор сочно рассмеялся:

– В Иске дело найдётся даже для умников, берегущих шкуру. Если, конечно, не шастать по друидским капищам. И не лезть в большую политику.