— Тогда будь готова вылететь из школы из-за неуспеваемости.

— Не думаю, что мне нравится ваш тон, мистер, — Орихиме встала и гневно взглянула на него из-за плеча.

— Он такой, какой обычно, — заверил её Улькиорра. — И на будущее, впредь ты будешь воздерживаться от лепетания всякой чепухи, будто бы я не здоров, если только я на самом деле не болен.

— Я не говорила, что ты болен. А теперь иди и сделай попкорн! Будем смотреть «Золушку», — Орихиме положила DVD в проигрыватель и упала обратно на диван, хватая подушку, чтобы обнять её. Неужели Улькиорра разозлился на неё? Она наблюдала, как он ходит по кухне, и не нашла ни одного знака раздражения в языке его тела, а значит, он либо уже остыл, либо даже не расстраивался. Расслабившись, она уселась поудобнее и с нетерпением начала ждать, когда же начнётся их вечер просмотра мультфильмов. Затем до неё дошло, что она проведёт весь вечер, смотря мультики с ним на диване и поедая попкорн, в темноте — Орихиме всегда выдерживала марафоны фильмов — и бабочки в её животе отправились в полёт.

А как она вообще могла вести себя нормально с Улькиоррой раньше? Как она могла как ни в чём ни бывало разделять с ним трапезу, разгуливать по квартире перед ним в одной пижаме, дурачиться и болтать о своих странный снах? Воспоминание о том, как они играли в морской бой в ванной, смутило её так сильно, что она отчаянно попыталась притвориться, словно этого никогда не было.

Она качнула головой. Сейчас не время чувствовать себя униженной! У неё есть обязательство, миссия! К тому времени, когда Улькиорра вернулся с миской попкорна, который он поставил между ними и проигнорировал, Орихиме уже промотала анонсы и нажала на паузу перед появлением логотипа Диснея. Она повернулась к нему лицом.

— Я знаю, что ты, наверное, прочитал сказки, по которым сняты эти мультики, но пообещай мне, что будешь готов к более, — она очертила круг в воздухе, — выдуманным моментам.

— Я предполагал, что эти истории целиком и полностью выдуманные.

— Ну да! Я про поющих животных и всё такое.

Улькиорра, не моргая, уставился на неё, что коряво переводилось как «Почему я не занимаюсь сейчас чем-то продуктивным?». Орихиме неловко похлопала его по колену, затем повернулась к телевизору, схватила пульт и нажала на кнопку воспроизведения.

При просмотре «Золушки», «Дамбо» и «Котов аристократов» казалось, что Улькиорру стошнит. А вот с «Атлантидой» дела обстояли получше; Орихиме думала, что это из-за отсутствия песен. Нет, она не собирается быть с ним помягче. Поющие животные — традиция диснеевских мультфильмов, и если она будет ради него же пропускать их, то лишит его важного человеческого опыта.

В конце «Короля льва» Улькиорра сказал, что Дисней поощряет инцест.

— Что? Каким образом? — потребовала ответа Орихиме.

— В настоящих львиных прайдах, доминантный самец спаривается со всеми самками. Вполне вероятно, что Нала тоже дочь Муфасы, а значит, единокровная сестра Симбы. Это кровосмесительные отношения, — он взял горсть попкорна. Орихиме подорвалась с дивана и попыталась вырвать попкорн из его руки, крича, что он утратил свою привилегию наслаждаться едой.

К тому времени, когда они принялись за «Русалочку», половина попкорна валялась на полу, а остальная часть лежала в миске, которую Орихиме защитно обвила ногами. Похоже, Улькиорра с облегчением воспринял то, что этот мультик не закончился смертью русалочки.

— Я насмотрелся предостаточно трагических любовных историй, — пояснил он, когда Орихиме спросила его.

— Понятно, — сказала она и взяла фильм наугад. — А дальше у нас… — её взгляд опустился на обложку, и она кинула диск обратно в кучу, — эм, наверное, не этот. Что насчёт «Пиноккио»?

Улькиорра с подозрением сузил глаза. Он потянулся к куче, и она отодвинула фильмы от него. Он взял её за руку, без особых усилий убирая её пальцы с DVD. Он позволил ей выиграть битву за попкорн, лишь бы только убрать её со своих коленей, но это уже совсем другое. Она заскулила без особого энтузиазма, затем постаралась не смотреть на Улькиорру, когда он достал фильм, который она кинула обратно.

— Мы будем смотреть «Красавицу и чудовище», — сказал он и встал, чтобы вставить диск в проигрыватель.

— Не думаю, что тебе понравится, — заёрзала Орихиме.

— Женщина, ты заставила меня смотреть фильм о кошках.

— «Коты аристократы» — классика, — сокрушалась она. Но несмотря на её протесты, фильм заиграл, а её сердце начало бешено колотиться в груди. Не оскорбит ли его наличие такого мультфильма в её коллекции? Не проведёт ли он никаких параллелей с началом их собственной дружбы? Не проведёт ли его аналитический ум никаких связей между её возражениями смотреть этот фильм и её чувствами к нему? Она сидела, как парализованная, ожидая реакции Улькиорры.

В этот раз его лицо настолько сильно ничего не выражало, что даже она не могла сказать, что это значит. Улькиорра смотрел, как девушка становится пленницей чудища, чтобы её отец смог жить; какой она была своевольной и упрямой, несмотря на то что находилась во власти монстра; как она, несмотря на скверный характер того, кто пленил её, смогла увидеть в нём нечто человеческое.

Он смотрел, как горевало чудовище, когда она ушла, и как селяне не доверяли ему, хотя она настаивала, что оно не причинит им вреда. Затем любовь женщины превратила чудовище обратно в человека, и, конечно же, они жили долго и счастливо.