Неожиданно перед её лицом появился платок. Она от удивления отпрянула в сторону, моргнула, шмыгнула носом и проследовала взглядом за вытянутой рукой, увидев стоящего перед её кроватью Дзинту и раздражённо хмурившегося.

— А?

— Возьми, — рявкнул он, нетерпеливо топая ногой. — Ты типа в три раза хуже, когда рыдаешь, знаешь ли. Противно смотреть.

Уруру ещё раз шмыгнула носом и взяла платок. К удивлению Дзинты, она рассмеялась, несмотря на то что из её глаз так и струились слёзы.

— Спасибо, Дзинта-кун, — сказала она. Он лишь что-то проворчал в ответ, но сел на пол спиной к её кровати и остался с Уруру, пока она не перестала плакать.

========== Замедление отсчёта ==========

Карин Куросаки ввалилась на кухню со стоном, готовясь взорваться. Её сестра-близнец перещеголяла саму себя, приготовив такое количество еды для членов семьи и друзей, что её как раз хватило бы для королевского пира, и это несмотря на протесты и требования просто заказать пиццу. Конечно же, Карин понимала зачем всё это, но ей надо было подразнить Юзу. Проигнорировав своё желание сразу же упасть в пищевую кому, она пристроилась рядом со своей сестрой, которая мыла посуду в раковине, и взяла полотенце.

— Я протру, — предложила она.

— Спасибо! — Юзу солнечно улыбнулась. Они мыли и протирали некоторое время в тишине, слушая лишь звуки, доносящиеся из другой комнаты, где подвыпивший Иссин изображал своё катастрофически прошедшее свидание с Масаки. — Надеюсь, всем понравилась еда, — неожиданно произнесла Юзу, — братец Ичи и другие же переезжают через пару дней, — Карин хмыкнула.

— Ну точно ничего не осталось, — она пихнула свою сестру локтем. — Уверена, что у тебя не было других причин на готовку всего этого самой?

— Каких, например?

— Не знаю, ну там впечатлить кого-нибудь…

Юзу выпрямилась и подняла подбородок.

— Я выше этого, — заявила она, протягивая Карин мокрую тарелку. — Это был мой подарок для всех, раз уж у меня нет денег, чтобы всем купить хоть что-нибудь. А насчёт сама-знаешь-чего, это была лишь глупая влюблённость. Всё в прошлом.

Бровь Карин стремительно поползла вверх, показывая весь скептицизм девочки. Но затем она вспомнила, что, хоть её сестра и храбра, и талантлива, она не была воином. Она не показывала свои чувства в громогласных заявлениях, как их отец, или в размахивании мечом, как их брат. Свои чувства она проявляла в том, что делала для тех, кого любила… В еде, которую она с любовью приготовила своими собственными руками.

— Как скажешь, сеструх.

Юзу протянула ей ещё одну тарелку, быстро вытирая щёки рукой и продолжая выполнять работу без слов.

***

Этой ночью Орихиме возвращалась домой вместе с Улькиоррой, чтобы не ехать одной на поезде. Еда, которую она съела час назад, усыпила её в поездке, отчего она была слегка рассеянной, когда Улькиорра разбудил её, и она была благодарна за то, что он был рядом и не давал ей нечаянно уйти не в том направлении. Сойдя со станции, Орихиме заметила, что это был последний поезд на сегодня.

— Улькиорра-кун, ты остаёшься на ночь?

— Почему ты спрашиваешь? — он посмотрел на неё так, словно совершенно позабыл о её присутствии.

— Поезда, — сказала она, краснея не пойми по какой причине. — Их больше не будет до утра, — она прожила с ним больше года и теперь смущалась при мысли о том, что он останется на ночь? — Я не против. Я посплю на диване, а ты можешь…

— Нет, — прервал её Улькиорра, сосредоточившись на дороге. — Я могу переместиться в магазин без их помощи.

— Т-точно, — она подошла к нему, их руки соприкоснулись, но лишь слегка. Её сердце билось невообразимо быстро, отдаваясь эхом в ушах, как неуместная головная боль — Улькиорра-кун, — она снова обратилась к нему, её голос почти потонул в гуле проезжающей мимо машины, — у тебя нет сопровождающего, — её лицо покраснело ещё сильнее, отчего прохладная весенняя ночь показалась душной. — Тебе нельзя перемещаться в одиночку за пределами города Каракура.

В конце улицы показалось многоквартирное здание, в большинстве окон горел свет. Улькиорра остановился. Орихиме тоже пришлось остановиться. Он смотрел как-то отстранённо, отчего она занервничала, словно он видел что-то, чего не видела она.

— Тогда я позвоню сопровождающему, — и прежде, чем она успела возразить, он пошёл обратно в сторону станции с телефоном в руке.

Орихиме словно приросла к тротуару, явно расстроенная. Что с ним не так? Через три дня их разлучат, а он в последнее время ведёт себя так, будто его уже здесь нет. Неужели он не видел, что она хотела провести с ним чуть больше времени перед тем, как он уедет?

— Не пойми меня неправильно, женщина.

— А? — он захлопнул телефон и посмотрел на Орихиме, находясь в паре шагов от неё. — Что ты…