— Хорошая идея! Пойдём скажем ей! — воодушевлённо закивала Орихиме.

Желание Улькиорры изуродовать что-нибудь стало совсем невыносимым. Он подошёл к стойке, за которой пожилая женщина с трудом пыталась разделать арбуз, забрал у неё плод и нож и в прекрасном порыве жестокости «распотрошил» арбуз. Женщина, не обращавшая внимания на его скверное настроение, поблагодарила его за помощь и участие.

***

Как оказалось, Таро был намного более квалифицирован в том, чтобы мешаться, чем Улькиорра себе представлял. Пока мальчишка затаскивал Орихиме в каждый магазин, чтобы посмотреть на еду, смешные маски и другие товары, Улькиорра не мог выкроить момент, чтобы остаться с ней наедине и спросить про Хикобоси. Ситуацию в биллионы раз ухудшало то, что, кажется, все на этом фестивале знали, что ей удастся с ним сегодня встретиться.

По счастливой случайности он услышал, что дождь не даст встрече состояться. Поэтому, наткнувшись на теру-теру-бозу, он как ни в чём не бывало перевернул их.

К сожалению, его дурное намерение никак не повлияло на небеса, которые оставались ясными в течение всего дня. К закату количество людей на фестивале заметно увеличилось, из-за чего Ичиго дважды потерял Рукию в толпе, Ренджи распугал кучку детей, таращившихся на татуировки, а Татсуки падала в обморок от девушек, одетых в юката. Они также потеряли Рангику, но, начиная привыкать к её частым исчезновениям, решили не задавать вопросов.

Помимо трёх девушек, знавших об обмане, только Исида заметил, каким взволнованным выглядел Улькиорра. Но он решил, что это из-за ребёнка, прицепившегося к руке Орихиме, и чьи глаза в течение последнего часа слипались.

— Хм…

— Эй, когда мы уже будем писать наши пожелания? — спросил Мизуиро, когда они все снова собрались.

— Пожелания? — Ренджи, требуя объяснений, посмотрел на Рукию, которая в свою очередь уставилась на Ичиго.

— А да, вы должны написать желания на кусочках бумаги и привязать их к дереву.

— Зачем?

— Чтобы они сбылись, конечно же! — встряла Орихиме, тряся Таро, чтобы тот проснулся. Исида решил воспользоваться этим.

— Иноуэ, кажется, Таро уже больше не может бодрствовать. Хочешь я отведу его обратно к бабушке, тогда ты сможешь с остальными пойти на пляж? — любезно предложил он, похлопывая мальчика по плечу.

— Я бодр, как никогда! — нахмурился Таро.

— Маленьким мальчикам надо отдыхать, Таро-кун, — упрекнула его Орихиме. — Не волнуйся. Мы увидимся, когда вернёмся домой, хорошо?

Исида улыбнулся ей, посмотрел на Улькиорру, затем начал толкать недовольного ребёнка в сторону толпы. Он надеялся, что этим актом милосердия заработал достаточно хорошей кармы на ближайшее будущее. Когда же они были достаточно далеко, чтобы остальные их не слышали, он обратился к Таро:

— Хорошая попытка, знаешь ли. Но если даже смерть не смогла удержать этого парня от Иноуэ, то тебе придётся быть более изобретательным.

***

Рангику сидела в одиночестве на пляже с открытой бутылкой саке и смотрела в небо. Последние краски меркли, и звёзды начинали светиться в бесконечной темноте над ней. Она могла слышать, как дети поют традиционную песню Танабаты и как свистят фейерверки, которые запускали над мрачными водами где-то вдалеке.

— Как удручающе, — пробормотала она, поднимая бутылку саке к губам.

— Почему же, дорогая?

Она подняла глаза как раз в тот момент, когда получила поцелуй в лоб от Ичимару Гина, одетого в юкату, ухмыляющегося и очень даже живого.

— О, ну знаешь, — она улыбнулась ему, — влюблённые, вынужденные ждать, чтобы снова увидеться, и подобная чушь.

— Это может разочаровать дух, — сказал он, садясь рядом с ней на песок, — но я не жалуюсь. Жизнь беглеца быстра и весела. Советую попробовать.

— Я выберу спасение беглеца, — Рангику показала ему язык, — я уже ступила на тонкий лёд.

— Жалеешь?

— Хмм… Не-а.

***

Когда надоедливый Таро ушёл, Улькиорра решил, что сейчас самый подходящий момент, чтобы поставить вопрос ребром, ведь Хикобоси должен был появиться с минуты на минуту. Подозрения Улькиорры всё росли: уже смеркалось. Когда этот мужчина планировал прийти? Он прочитал в человеческом журнале, что заставлять женщину ждать — грубо. На его удивление, Орихиме сама схватила его, когда он даже ещё не успел повернуться к ней.

— Фух! Мне так жаль. Таро-кун иногда может быть немного требовательным, но он хороший ребёнок.

— Кто такой Хикобоси?

— А? — Орихиме уставилась на него. — Это пастух из мифа. Я думала, Чизуру говорила, что всё тебе уже рассказала.

Миф. Миф. Люди праздновали миф. Как с тем толстым мужчиной с подарками. Желание Улькиорры пробивать предметы вернулось вместе с местью.

— Она, наверное, пересказала.

— Нет проблем! Я всё равно хотела тебе первой рассказать эту легенду, ведь я знаю, как тебе нравится читать и всё такое. Пойдём! — она взяла его за руку и повела к тропинке, чтобы нагнать остальных, хотя она решила убедиться, что они идут достаточно далеко, ведь ему не нравится быть рядом с её друзьями. — Отлично, вот как всё было. Однажды жила-была принцесса по имени Орихиме — прямо как я! Она была небесной принцессой, дочерью короля Вселенной, и ткала прекрасную ткань, которая очень нравилось её отцу. Но так как она работала очень усердно, у неё не было времени на то, чтобы повстречать кого-нибудь и влюбиться, что её огорчало.