БАБАХ!

Двое мракоборцев пробили щит и грохнулись на эти самые дрова.

— Черт! — закричал Боб. — Больно-то как! Эй, тут еще что-то!

Мракоборец пошарил рукой под своей головой и вытащил маленькую коробочку. Дин тут же выхватил ее и открыл. В маленькой бархатной выемке лежала курительная трубка.

— Так вот эта трубка, тогда дело сделано! — весело произнес Боб.

«Акцио!» — мысленно произнес Грим.

Заклинание отскочило от Дина, рикошетом врезавшись в книжный шкаф, за которым прятались Гермиона и Драко.

— Отражатель сработал! — воскликнул Боб.

Книжный шкаф, не выдержав, качнулся и с силой грохнулся. Мракоборцы застыли.

«Нельзя, чтобы нас видели!» — стремительно пронеслось в голове Гермионы. Реакция, выработанная за прошлый год, сработала мгновенно. Девушка произнесла заклинание еще до того, как шкаф, загораживающий их, упал. Вся рухлядь, валявшаяся на полу, взвилась вверх. Она плотной стеной закрыла Грима и Гермиону от глаз мракоборцев и дала им возможность выскочить из дома.

— Я за ними! — крикнул Боб. — А ты проверь дом!

Гермиона и Драко неслись по грязным переулкам. Трансгрессировать было нельзя, иначе прощай трубка навсегда. А без нее возвращаться им никак было нельзя. Использовать против мракоборца магию — еще одно нельзя.

— Что за отражатель? — задыхаясь от быстрого бега, произнесла Гермиона.

Переулок немного расширился. Слева — закуток между двумя соседними домами, стены которого были щедро разрисованы граффити. Одно из них особенно выделялось: огромная рука, делающая неприличный жест. Под этой надписью стояло две хиленькие скамейки, которые были заняты большой группой байкеров. А точнее, на скамейках покоились привезенные ими ящики с выпивкой. Байкеры что-то крикнули пробегающим магам, но что именно, Гермиона так и не услышала.

— Экспериментальная разработка в Отделе тайн, — ответил Малфой, оглядываясь на байкеров.

«Вот куда пошли деньги за свободу семьи Малфоев!» — подумал Драко, брезгливо пробегая мимо еще одного человека в этом грязном переулке. Мужик мочился, ничуть не стесняясь прохожих.

Гермиона и Драко пробежали еще пару метров. Переулок начал сужаться. Проходу также мешала гора ящиков у стены.

— Грим, я не могу больше.

— Черт! Ну что ты такая слабая?!

Гермиона ничего не сказала, ей сейчас было важно хотя бы отдышаться.

— Он близко, я чувствую. Колдовать нельзя, значит, надо как-то его отвлечь… А потом отобрать трубку. Грейнджер, слушай.

Гермиона повернула к нему лицо, выслушала его предложение, сначала помотала головой в знак отказа.

— Или хочешь сесть с теми пьяницами?

Ничего лучшего, чем придумал Грим, в голову девушке не пришло. Она согласилась.

*

Боб несся по переулкам, ругая себя за то, что слишком любит сидячую работу и хорошо поесть. Теперь все это сказывалось на его скорости. Пускать вперед заклинания он не решался, зная, что здесь есть маглы. Те, кто был в доме цыганки, конечно, могли уже трангрессировать куда-то. Но немалый опыт подсказывал мракоборцу, что без заветной трубки они не уйдут. Хорошо, что он оставил ее Дину.

Он бежал изо всех сил, мельком отметив группу пьяниц, распивающих какую-ту бурду из бутылок, и железные приспособления, на которых ездили маглы. Мракоборец помнил, что они назывались чудным словом «мотоцикл». Помнится, такой был у Сириуса Блэка. Была даже такая версия, что Блэк все еще использует эту железяку, скрываясь от правосудия. Следующим прохожим оказался мужик, застегивающий ремень на брюках. Боб скривился от вони. От этого мужика сильно воняло аммиаком.

Мракоборец уже начал задыхаться. Переулок между тем сужался. Путь толстенькому мракоборцу перегородила одна целующаяся парочка. Боб остановился, переводя дух и раздумывая, как же их обойти.

«Бесстыдники! Ну и райончик», — подумал он, разглядывая открывшуюся в паре метров от него картину.

Парень подхватил девушку, усаживая ее на гору ящиков, сложенных возле стены, рванул на ней плащ. Девушка в отместку обхватила ногами его талию. Он в долгу не остался, впечатал ее в стену, и все это ни на секунду не отрываясь от своей девушки и жадно целуя ее. Походило на то, что внезапный порыв страсти нахлынул на них именно сейчас в этом грязном, вонючем переулке. И они не стали искать лучшего места, чтобы уединиться. А зачем, собственно?

«Нынешняя молодежь! Да если бы моя дочь так себя вела, я бы ее запер дома. И никакая Алохомора не помогла бы».

Боб, отдышавшись, уже хотел последовать дальше, осторожно минуя парочку, но тут он заметил то, что заставило его остановиться. На плаще девушки мелькнула знакомая эмблема факультета Гриффиндор. Эту эмблему бывший пуффендуец знал очень хорошо.

— Гриффиндор? — пораженно воскликнул мракоборец. Мужчина, наконец, оторвался от своей девушки, поворачиваясь к Бобу. В воздух взвился кулак. И затем темнота.