Настя с внутренним трепетом перебирала старые черно-белые карточки. На самой первой она увидела голенького пухлого ребенка с круглыми черными глазками. Вот Митя постарше, четырехлетний малыш в окружении двух женщин с одинаково завитыми волосами и подведенными глазами.

— Это его мама, — пояснил Миша, — и ее, кажется, подруга. Не знаю точно. А это папа со своим младшим братом, — он протянул Насте карточку, с которой на нее смотрели два совершенно не похожих друг на друга мальчика, правда, оба они были черноволосыми и черноглазыми.

— А где сейчас Митины брат и мама? — спросила Настя.

— Дядя Вова живет в Обнинске, он физик-теоретик, работает в каком-то институте, где зарплату не платят уже полгода. Последний раз он приезжал, когда мне было лет десять. Я его плохо помню. На папу он совсем не похож, ни внешне, ни внутренне. Он такой все время веселый, у него жена, трое детей. Мама иногда с ним перезванивается. Я слышал, что дядя Вова собирается уехать по контракту в Америку, потому что здесь ему уже на еду не хватает. Папа, — добавил Миша, — почему-то с ним почти не общается. По-моему, он вообще родственников не любит.

— А что с его мамой? — спросила Настя. — То есть с твоей бабушкой. Она жива?

— Нет, она умерла, когда мне было года три. Я ее совсем не помню. Судя по рассказам, она была из тех, кого называют женщинами трудной судьбы. Она ни разу не была замужем, родила двоих детей от разных мужчин. Дети выросли, и она осталась одна. Дядя Вова после института сразу же уехал из Ленинграда, а от папы, сама понимаешь, толку мало. Навещал он ее довольно редко, а когда она умерла, его вообще в городе не было. С ней случился сердечный приступ чуть ли не на улице. Прохожие вызвали «скорую», но машина ехала так долго, что бабушка уже умерла.

Папа, — продолжал Миша, — даже на похоронах не был. Он был тогда в каком-то походе, что ли? Короче, ему так и не смогли сообщить. Представляешь, приезжает человек из отпуска и прямо на могилу к матери.

Насте стало нехорошо от этих слов. Она сразу же подумала о своей маме. Конечно, перед Настиным отъездом мама была здорова и бодра настолько, что даже раздражала своей активностью окружающих. Насте, например, все время казалось, что у мамы просто не хватает времени на дочь. Ведь ей надо было успеть и в бассейн, и к косметологу, и на модную вечеринку, не говоря уже о тысяче других не менее важных для нее дел.

Настя сидела, бессильно опустив руки, уже не замечая разбросанных вокруг фотографий. Она впервые задумалась о жизни своей мамы, впервые сумела взглянуть на нее со стороны.

«Может быть, — думала Настя, — огромным количеством мелких и суетных дел мама пытается заполнить пустоту, разрастающуюся в ней. В общем-то ее даже можно понять. Папа все время на работе, у Антона своя жизнь, я всегда держалась по отношению к маме как последняя снобка, которая на все смотрит свысока, — Насте стало нестерпимо больно от этих мыслей, — а теперь вообще уехала в неизвестном направлении. И даже не знаю, как мама перенесла мое исчезновение».

Настя почувствовала, что больше так не может. Надо было что-то делать. Она вспомнила дурацкий ролик социальной рекламы, который часто крутили по телевизору: «Позвони родителям». Настя вскочила.

— У тебя есть телефонная карточка? — спросила она у удивленного Миши.

Настя схватила протянутый ей пластиковый квадратик и выбежала на улицу. К счастью, по карточкам из Питера можно было звонить в любую точку земного шара. Настя быстро набрала код и номер. Настя прислушивалась к потрескиваниям в трубке и чувствовала, как бешено колотится ее сердце.

«А вдруг никого нет дома?» — думала Настя, ее родные редко собирались вместе по вечерам.

Раздались длинные гудки, а потом Настя услышала:

— Алло, я слушаю, — это был голос ее мамы. Настя и представить себе раньше не могла, что этот родной голос может на нее так подействовать. Насте показалось, что сердце бьется у нее уже где-то в горле и не дает произнести ни звука. — Алло? — раздавалось в трубке, — вас не слышно, перезвоните.

Настя сделала над собой нечеловеческое усилие и произнесла:

— Алло, мама? — голос резко оборвался. — Мама, это я.

— Ася? — тихо произнесла мама. — Ты где?

— Со мной все в порядке, — быстро заговорила Настя, — расскажи мне, как у вас дела. Вы здоровы?

— Где ты? — продолжала спрашивать мама. — Почему ты исчезла, тебя удерживают силой? Тебе не дают говорить правду? Ты только намекни, я все пойму. Папа обязательно поможет тебе!

— Да нет же, мама, — торопливо говорила Настя, — со мной на самом деле все в порядке, и меня никто не держит здесь насильно. Я сама уехала. Так было нужно. Скажи мне, как у вас дела? Как папа, как Антон? Вы здоровы?