– Что это…

– Потом поговорим, - испуганно говорил Фелан и скидывает трубку.

Не в силах больше сдерживать слезы, Райли скатилась по стене спиной и разрыдалась, уткнувшись лицом в колени. Звериный рык вновь прокатился по дому, перемежаясь со звонким звуком звенящих цепей.

Она была уверена, что для бедной нескладной пятнадцатилетней девчонки это «потом» уже может не наступить.

***

Райли слабо улыбается, следя за тем, как Кайден пытается раз за разом попасть мячом в баскетбольное кольцо. Не считая бледности и вялых движений, можно сказать, что вчерашнее полнолуние на нем почти никак не отразилось. Это была одна из самых легких ночей, которые они пережили и которые им еще предстояло пережить.

По крайней мере, она надеялась, что переживут.

– Привет.

Фелан вздрагивает от этого тихого голоса. Пальцы рук начинают слегка подрагивать, брюнетка еще не готова к разговору, не готова объясняться. Кай, увидев Марию, радостно помахал девушке, продолжив бросать мяч, когда та ответила ему тем же. Испуганного вида сестры он не заметил.

– Привет, - сипит в ответ Райли.

Прошлой ночью она сорвала голос от крика и плача.

– Давно не виделись, - хмыкает Беннет и садится рядом, откинувшись на скамейку, задумчивым взглядом проскользив по идеально ровной осанке подруги, - словно палку проглотила.

Фелан скосила взгляд, на что Мария лишь пожала плечами, увидев в голубых глазах сплошное непонимание.

– Да так, мысли вслух.

Напряжение сковывает тело, мысли путаются, а пытливый взгляд шатенки все ухудшает, усугубляет ситуацию.

– Что происходит, Райли? Что ты скрываешь от меня? Я понимаю, что ты не хочешь взваливать на меня свои проблемы, но мы же лучшие подруги, я помогу тебе. Я выслушаю тебя и никогда не осужу, - Мария заминается, обхватив себя за плечи и буквально выдавливает слова, - и что это был за рык вчера? Неужели, ты держишь домашнего монстра? – Беннет резко вскидывает глаза на брюнетку и широко, но вымученно улыбается.

Шутка не удалась.

Райли дергается как от пощечины и резко встает.

Домашний монстр.

– Мне пора идти, - сквозь зубы шипит Фелан и начинает покидать площадку, даже не оборачиваясь.

Мария от обиды сжимает кулаки и одним рывком поднимается со скамейки.

– Какого черта, Райли?! Неужели, ты ни во что не ставишь нашу дружбу? Я же переживаю за тебя, а ты лишь огрызаешься мне в ответ и уходишь, не удостоив и взглядом. Какая же ты черствая!

Брюнетка резко останавливается, словно у нее закончились силы идти. Кайден испуганно смотрит то на одну, то на другую девушку. Возникшая тишина напрягает, и лишь ветер, треплющий листки на деревьях, создает хоть какой-то шум.

– Идем, Кайден, у нас дела.

Обиженная Мария остается одна, наедине с обидой, горечью и разочарованием.

Нарастающее ощущение унижения выжигает дыру в сердце.

***

Райли тихо вздыхала, сидя за последней партой и корпя над рисунком, хотя должна была записывать лекцию. Поднимая взгляд, Фелан морщилась, потому что в 95 процентах она всегда натыкалась на спину Марии. Беннет словно чувствовала это, каждый раз оборачиваясь и пытливо смотря в ответ.

Брюнетка рыкнула сквозь зубы. С каждым днем в школу становилось ходить все труднее, а напряжение между ней и подругой делало все это более невыносимым.

Проблемы дома, отсутствие дяди, забота о брате, школьные задания. Список был бесконечным.

Но она не могла поделиться с Марией своими проблемами. Это не для маленьких пятнадцатилетних девочек. Райли не хотела переворачивать мир подруги с ног на голову. К тому же, мысли о том, что она не поверит или того хуже, предаст, рассказав о брате, съедали ее разум. Фелан уже забыла, когда спала нормальным обычным сном.

Без кошмаров, без острых зубов и полных ненависти глаз брата.

Домашний монстр.

Брюнетка горько улыбнулась.

В пубертатный период мечтаешь о любви, красивых вещах и приключениях, но точно не о свирепом кровожадном «питомце».

***

Грязная.

Использованная.

Поруганная честь.

Потерянная невинность.

Изнасилованная…

Боль вперемешку с позором пробегаются по дрожащему телу, рассыпаясь на губах пеплом и пылью. Она не видит ничего: ни кровавой лужи на земле, ни обеспокоенных лиц врачей над собой, ни пресловутого света в конце туннеля.

Райли чувствует лишь одно – пустоту, которая начинает потихоньку заполняться чем-то вязким, мерзким, липким. Черным.

Во рту вкус крови, в голове же туман, на сердце – тьма.

Маска на лице, тихий шепот медсестер и спасительная темнота уносит в неизведанную страну, защищая от боли и пустоты. Она не помнит пробуждения, лишь короткие обрывочные картинки произошедшего. Широко распахнутые глаза, резкое перемещение тела вперед и Фелан с громким захлебывающимся вздохом выныривает из собственной ванной, до краев наполненной холодной водой, переливающейся через край.