Фелан очнулась и с толикой удивления посмотрела на остальных, которые как-то странно притихли, сверля в ней дыру.

— Что?

От такого внимания хотелось провалиться сквозь землю. Она все прослушала, и теперь чувствовала за собой съедающую вину. Мама Скотта в опасности, а Фелан даже не удосужилась поучаствовать в разработке стратегии.

— Телефон, — устало протянул Кайден, кивком головы указав на стол. Разочарование промелькнула на его лице, и брюнетка почувствовала, как стыд прошелся огненной лавой по телу.

И только сейчас до Райли дошло осознание того, что она настолько погрузилась в свои мысли, что совсем не слышала вибрирующий мобильник, который действовал на нервы остальным.

— Я сейчас, — ведьма неловко потерла затылок и поспешила покинуть кухню, стремясь скрыться от этих осуждающих, как ей казалось, взглядов.

Номер был не определён. Фелан почувствовала смутную тревогу, смотря на мерцающий экран. Брать не хотелось, в желудке засосало, словно там образовалась черная дыра. Поглощающая всё и вся вокруг себя. Она осторожно поднесла аппарат к уху, словно из него могло выскочить чудовище и сожрать ее в один присест.

— Алло, — тихо, с опаской.

И тут же знакомая волна ярости прошлась по спине.

— Здравствуй, ведьмочка, — ненавистный голос гуль набатом отдавался в голове, заставляя всеми силами ненавидеть человека на другом конце телефона, — весьма не рада слышать твой бодрый голос. Похоже, ты очень везучая и живучая, раз смогла оправиться от таких ран за столь быстрое время. Убиваешь тебя, убиваешь, а ты не убиваешься, — раздался громкий смех.

Фелан эта шутка смешной не показалась. Слишком правдива.

— Что тебя надо, тварь?! — прорычала Райли.

Вылитый оборотень. Видать, не в той очереди стояла, когда всевышний сущности раздавал.

— Ты не горячись, птенчик, не забывай, что у меня есть довольно весомый аргумент, который может заткнуть тебя и сделать самой милой и послушной на свете ведьмочкой! — Саманта коротко хохотнула.

Фелан покоробило от интонации, с которой был сказано последнее слова. Пакостливо, ехидно, не предвещая ничего хорошего.

В трубке раздался глухой звук удара и громкий женский стон. Райли напряглась, не узнать этот голос было невозможно. Этот заботливый голос она слушала каждый раз, когда ее с головой накрывал наркотический отходняк.

— Мелисса считает, что у тебя довольно плохие манеры. Видать, твои родители не удосужились воспитать тебя должным образом.

Сердце ухнуло вниз, а руки затряслись мелкой дрожью. Фелан даже не смогла разозлиться из-за мимолетного упоминания родителей, настолько была поглощена страхом и неизвестностью.

— Не трогай ее, — глухо произнесла Райли, до боли сжимая телефон в руках, грозясь сломать его, — пожалуйста, прошу тебя. Она ни в чем не виновата…

— Надо же как мы заговорили, — с противной интонацией протянула Локхерт, — всегда была бы такой ласковой, тебе бы цены не было. Ты меня никогда не умоляла, надо же, как меняется человек, если подобрать правильный ключик, — недолгая заминка, — если быть точнее, правильный рычаг воздействия.

Фелан зажмурилась. Вновь из-за нее страдают невинные люди.

Больно, как же больно…

Невидимая рука сжала трепещущее, как птичка, сердце.

— Что ты хочешь?

Бессмысленно распинаться о том, чтобы Мелиссу не трогали, освободили. Сэм не просто так нашла именно ее номер, позвонила именно ей. Гуль что-то нужно, вопрос только в цене.

— Приезжай завтра в 3 часа ночи в школу. Одна. И только попробуй рассказать об этом кому-нибудь из своей шайки, Фелан. За твое безрассудство поплатиться Мелисса. Адьос, ведьмочка!

Когда-нибудь все это закончится. Райли верит в это. Вот только сердце подсказывает ей, что для нее это «все» может значить лишь одно — свет в конце туннеля.

И почему ей понадобилось встретиться именно в три часа ночи? Монстры вообще спят, а?!

Школа в Бэйкон Хиллс обладала магической силой. Ибо все странные и мистические вещи зачастую случались именно в этой обители знаний. Другого объяснения ведьма дать не могла. Да и аура мрачности окружала эту местность. Ну или полнейшая тьма ночи создавала такую напряженность. Ночь, одиночество и ждущий неподалеку монстр, желающий твоей смерти. Кто знает, какой из этих факторов способствовал воцарению такой «интимной» атмосферы.

Переступив порог, Райли застыла, опасливо смотря по сторонам. Фонарик на телефоне лишь немного освещал путь, а в темноте ведьма видеть не могла. Глаза не приспособлены, пусть тьма и была ее частью. Неотъемлемой, опасной частью.

Фелан пыталась красться как мышь, но каждый шаг звонко отдавался в пустом коридоре. Все было против нее.

Саманта ждала ее в спортивном зале, сидя на последнем ряду на трибунах. Ведьма не видела женщину до тех пора, пока та не заговорила. Фонарик пришлось погасить, только мешал.