– Я.

В машине было темно, но он стал пристально всматриваться в меня. Позади остались последние дома на главной улице Энсино.

– Я ее знал, – сообщил Уэйд. – Немного. Его никогда не видел. Странная эта история. Полиция, говорят, вас потрепала?

Я не ответил.

– Может, вы не хотите об этом говорить? – сказал он.

– Возможно. А вас почему это интересует?

– Я же писатель, черт побери. Это потрясающий сюжет.

– На сегодня возьмите отгул. У вас, наверно, еще слабость не прошла.

– О'кей, Марлоу. О'кей. Я вам не нравлюсь. Понял. Я свернул, и впереди замаячили невысокие холмы с просветом посередине – это была Беспечная Долина.

– Дело не в том, нравитесь вы мне или нет, – сказал я. – Ни то, ни другое. Я вас не знаю. Ваша жена попросила найти вас и доставить домой. На этом моя миссия закончится. Не знаю, почему она выбрала именно меня. Я уже сказал – это просто работа.

Мы обогнули склон и очутились на широкой, хорошо вымощенной дороге. Он сказал, что дом будет через милю, справа. Назвал номер дома, который я знал и без него. Этот парень, несмотря на свое состояние, так и рвался поговорить.

– Сколько она вам платит? – поинтересовался он.

– Об этом речи не было.

– Сколько бы ни заплатила, все будет мало. Я вам страшно обязан. Вы здорово поработали, приятель. Я того не стою.

– Это вам сейчас так кажется. Он засмеялся.

– Знаете что, Марлоу? Пожалуй, вы мне симпатичны. В вас сволочизм есть – и во мне тоже.

Мы подъехали к дому. Он был двухэтажный, обшитый дранкой, крыша веранды опиралась на тонкие колонны. Длинная лужайка тянулась от дома до густых зарослей кустарника, огороженного белым забором.

Над входом горел свет. Я въехал на асфальтированную дорожку и остановился возле гаража.

– Сами дойдете?

– Конечно. – Он вылез из машины. – Хотите зайти, выпить или просто так?

– Спасибо, в другой раз. Подожду, пока вам откроют. У него участилось дыхание.

– Пока, – отрывисто произнес он.

Он осторожно двинулся по мощеной тропинке к дому. На секунду ухватился за белую колонну, потом толкнул дверь. Она открылась, он вошел. Дверь осталась открытой, на зеленую лужайку падал свет. Внутри сразу послышались голоса. Я дал задний ход и стал отъезжать. Кто-то меня окликнул.

Я поднял глаза и увидел, что на пороге стоит Эйлин Уэйд. Я не остановился, и она побежала вслед. Пришлось затормозить. Я выключил фары и вылез. Когда она подошла, я сказал:

– Надо было мне вам позвонить, но я боялся от него отойти.

– Конечно. Сложно это все оказалось?

– Ну... не просто визит вежливости.

– Зайдите, пожалуйста, и расскажите мне подробно.

– Его надо уложить спать. Завтра будет как новенький.

– Его уложит Кэнди, – сказала она. – Сегодня он пить не будет, если вы об этом.

– Ив мыслях не было. Спокойной ночи, м-с Уэйд.

– Вы, наверно, устали. Сами не хотите выпить? Я закурил. Казалось, что я не пробовал табака уже пару недель. Просто наслаждение.

– Можно мне разок затянуться? Она подошла поближе, и я передал ей сигарету. Она вдохнула дым, закашлялась и со смехом отдала ее обратно.

– Чистое дилетанство, как видите.

– Значит, вы знали Сильвию Леннокс, – сказал я. – Вы потому и решили меня нанять?

– Кого я знала? – в голосе звучало удивление.

– Сильвию Леннокс. – Отобрав назад сигарету, я затянулся как следует.

– А, эту женщину, которую... убили, – произнесла она тревожно. – Нет, мы не были знакомы. Но я про нее слыхала. Разве я вам не говорила?

– Простите, уже забыл, что вы мне говорили.

Она притихла, стройная, высокая, в белом платье. Свет из открытой двери падал сзади на волосы, они мягко поблескивали.

– Почему вы спросили, связано ли это с тем, что я вас – как вы выразились – наняла? – Когда я замешкался с ответом, она добавила:

– Может, Роджер сказал, что они были знакомы?

– Когда я назвал свое имя, он вспомнил об этом деле. Сразу про меня не сообразил, только потом. Он так много наговорил, что я и половины не помню.

– Понятно. Я побегу, м-р Марлоу, а то вдруг мужу что-то понадобится.

Так что если вы не хотите зайти...

– Это вам на память, – сказал я.

Я обнял ее, притянул к себе и запрокинул ее лицо. И крепко поцеловал в губы. Она не сопротивлялась и не отвечала. Спокойно отстранившись, она посмотрела на меня.