— ААА!!! — Велиал хлопнул ладонью по столешнице так, что чашка с кофе подпрыгнула, жалобно звякнув ложкой. — Шикарно! Ещё есть шанс вернуть моего милого развратного демона, а не этого нудного заучку, которого я наблюдаю столько тысячелетий!

— Знаний, — продолжил Асмодей, поднимаясь с корточек, тяжело вздыхая. — Ваше величество, можно поаккуратнее? Собственно, намучился я с её дедом. Оказался на редкость упёртым стариком, который отказывался от моей помощи до последнего. Контракт с его внучкой я заключать не стал — она слишком молодая, чтобы так губить ей жизнь, а профессор отказывался от помощи. Пришлось выложиться на полную и месяц изо дня в день навещать его, пытаясь доказать, что всё это не розыгрыш и я действительно могу дать ему ключ к открытию…

Тут он, наконец, приметил меня и замолчал, не договорив до конца. Велиал, заметив, как изменилось выражение лица Асмодея, обернулся.

— Мисс К-казадор? — библиотекарь неожиданно начал заикаться, словно не ожидал меня тут увидеть. Готова была поклясться, что у него покраснели уши. — Она давно тут?

— Может быть, да, — пожал плечами король, хитро улыбаясь и ловя на себе недовольный взгляд своего советника. — А может, и нет. Какая, собственно разница? Боишься запятнать свой светлый образ? Эй, девочка, как тебе мой советник? Скажи же, что он душка, когда ведёт себя так, как полагается падшему, а не страдает человеколюбием… Человеколюбием!

Велиал снова расхохотался, радуясь своей двусмысленной фразе. Я натянуто улыбнулась. Чем занимался Станиславский в свободное от работы время, меня волновало меньше всего. Разве что я радовалась, что он не маялся от одиночества, как мы все предполагали: вполне себе активная личная жизнь, вон какие сексапильные помощницы у профессоров нынче. Я ещё раз косо посмотрела на экран и решила попросить что-нибудь попить.

Асмодей хотел было что-то мне сказать, но передумал: возвратился к приготовлению завтрака. Я села рядом с Велиалом на такой же высокий стул. Король выглядел жизнерадостным, словно бы не он вчера психовал, словно вовсе не ему пробили иглой ногу. На лице ни намёка на похмелье.

— Можно мне чашку чая? — скромно спросила я. Станиславский кивнул, не задавая лишних вопросов, открыл ящик и достал с верхней полки банку с чаем. Взял заварочный чайник, вылил его содержимое в раковину, ополоснул, насыпал в него заварки и залил кипятком. Точнее не кипятком, я была на сто процентов уверена, что он готовил чай по всем правилам: с соблюдением температуры и пропорциями относительно чайника. Его движения были неожиданно плавными, словно это была вовсе не повседневное банальное занятие, которое стало привычкой в большинстве семей мира, а нечто волшебное.

— Твоя любовь к чаю меня всегда удивляла, — произнёс задумчиво Велиал, переводя взгляд с Асмодея на меня. Видимо, он чувствовал какие-то мои эмоции, и ему это было не понятно. У меня он спрашивать не хотел, поэтому сразу обратился к библиотекарю. — Не вино, не настойки, не даже кофе. Столько лет ты пьёшь чай.

— Чай — он как книги: вкус неисчерпаем, и даже один и тот же купаж будет звучать по-разному, в зависимости от температуры и качества воды, от погоды и настроения. Разве это не прекрасно? — улыбка тронула губы Асмодея. Тёплая и искренняя, словно он только что поделился с нами чем-то очень личным.

— Начинается… — король передёрнул плечом. — Чем тебе тогда вино не угодило? В Геенне прекрасные виноградники.

— Нормальные люди от него пьянеют, — библиотекарь поднял крышку заварочного чайника и плеснул в него ещё воды. — На трезвую голову лучше работается.

— Ну ты ж не человек, в самом-то деле.

— Не нужно строить из себя всемогущих существ, ваше величество. Вам стоит объяснить мисс Казадор, что из себя представляет реальная сила падших, которую люди принимают за сверхъестественные способности.

Заган не участвовал в этой беседе, но изредка с его стороны доносились тяжёлые вздохи. То ли он таким образом упрекал всех в непотребном поведении, то ли просто устал от того шума, что создавал король. Вообще, поведение Велиала меня удивляло, он был несколько странный: когда дело касалось его королевских обязанностей, то он был максимально серьёзен, но стоило ему закончить со всеми делами, как он становился совершенно иным. Пожалуй, не будь он падшим и встреться мне в обычной жизни, назовись членом королевской семьи, я бы не поверила.

— Может, оставим хоть какую-то атмосферу загадочности? Зачем ей это знать? Эй, Казадор, ушки на макушке? — король подмигнул мне, отпивая кофе из своей чашки.

— Вовсе мне не интересно, — проворчала я. — Я не собираюсь становиться охотником, чтобы быть в курсе ваших дел. Льстите себе, ваше величество.

— Эге-е-е-е… — протянул тот несколько разочаровано. — Ну, тогда делать нечего, придётся рассказать.

— Мне неинтересно! — рявкнула я на Велиала, но тот лишь усмехнулся от такого выпада.