— Как думаешь, он на чём сидит? — сестра обняла меня и притянула к себе. Я не сопротивлялась: только сейчас поняла, как соскучилась по человеческому теплу, приятно было прижаться к ней и завернуться в одеяло.

— Понятия не имею, но вряд ли что-то слишком опасное, иначе бы Роберт нас с ним не оставил, — пожала плечами я, закрывая глаза.

— Ты называешь Станиславского по имени? — Анна подтянулась к моему лицу. Открыв глаза, я поняла, что она неотрывно на меня смотрит. — С каких это пор ты называешь этого чудика по имени?

Я вздохнула и попыталась перевернуться на другой бок, дабы избежать ненужных допросов, но это телодвижение оказалось ошибкой: сестра схватила меня за плечи, развернула к себе и нависла сверху. Теперь её рыжие волосы щекотали мне нос, и я изо всех сил старалась не чихнуть.

— Так! Чего я не знаю? — наигранно строгим голосом спросила Анна.

— Ничего такого, чего тебе не следовало бы знать.

— Влюбилась!

— Глупости какие! — фыркнула я и демонстративно закатила глаза.

Анна рассмеялась и села рядом.

— Последнее время ты сама не своя, — она скрестила руки на груди и начала сверлить меня взглядом. — Со своего дня рождения ты словно не хочешь со мной общаться. Вроде бы для переходного возраста уже поздно. Признавайся, ты всё-таки влюбилась?

— Ничего я не влюбилась! — выпалила я и тут же покраснела, как помидор.

— Ага-ага, — сестра ткнула в меня бутербродом. — Сказки нашей маме будешь рассказывать. Я такие вещи за милю чую. Ну? Кто он?

Я начала нервно наматывать прядь волос на палец. Очень плохая ситуация. Осталось только соврать…

— Это… — начала я, хаотично перебирая в голове всех возможных парней.

— Ну, хотя бы опиши его, если не хочешь называть имя, — приободряющее подмигнула мне сестра, показывая, что всё сказанное в этой комнате сейчас останется между нами.

Оказалось, что не так уж много я и парней знаю. Образ все никак не приходил в голову.

— Ну, он высокий… У него красивые карие глаза… Волосы каштановые… — заикаясь, начала я.

— Ещё он носит очки и любит книги больше жизни, — закончила за меня Анна. — Я была права, можешь не продолжать. Роберт Станиславский. Какой-то у тебя стрёмный вкус. Вот уж не думала, что он может кому-то понравиться.

— Что?! — я чуть не вскочила. — Нет! С чего ты взяла, что это…

Анна поднесла палец к губам, призывая говорить тише, чтобы не привлекать лишнее внимание, тем более, в соседней комнате находилось две пары посторонних ушей.

— Последний месяц ты много времени проводишь с ним, этого разве что слепой не заметит, — сказала она громким шёпотом. — Нет ничего зазорного в первой любви. Кто-то влюбляется в певцов, кто-то в актёров, кто-то в учителей. Ты почему-то влюбилась в неуклюжего библиотекаря, который дальше книги ничего не видит.

Я смущённо отвела глаза. Анна ошибалась. Очень крупно ошибалась. Но Асмодей был неплохим прикрытием. Во всяком случае, он реальнее Велиала. Его всегда можно попросить о поддержке и… Черт! Он правда бывает очень милым, но только если отбросить его реальную природу.

Я в очередной раз одёрнула себя: он падший ангел, а значит враг мне, как бы он ни пытался изображать моего друга, он оставил меня в церкви, и единственное, о чём он просил тогда короля, — это убить меня быстрее.

— Ты в курсе, что ему перевалило за тридцать? — продолжала Анна. Её лицо было немного обеспокоено. Видимо, она всерьёз считала, что её догадки верны.

— Как так? — неожиданно для себя я удивилась. Я никогда не задумывалась, какую вымышленную биографию Асмодей подсунул руководству школы, чтобы получить тут работу.

— Он старше тебя почти в два раза. Странно, что ты об этом не знала. Когда он устроился в школу, ему было, кажется, двадцать три. Точно помню, что институт он заканчивал в Америке уже. Вот и считай сама. Ему сейчас никак не меньше тридцати трёх, — сестра развела руками, мол, принимай как есть. — Вообще, это твоё дело, но я тебе сразу могу сказать, чтобы ты бросила эту затею. Во-первых, он совершенно безнадёжный как мужчина. Иными словами — он чудак. Всю жизнь будет сидеть за книжками. Во-вторых, он несколько староват для тебя, но тут, повторюсь, дело твоё.

Анна, ты не представляешь, насколько он староват для всех вместе тут находящихся. Ну, за исключением Марбаса.

Пожалуй, учитывая тот факт, что он выглядит как человек, можно сказать, что в книгу рекордов Гиннесса он попадёт точно, если вдруг у него появится такое желание.

— Ну, а в-третьих, какой с него толк? Живёт он у нас большую часть времени в общаге. Даже не помню, когда я видела его с чемоданом на пути к дому. Ну, разве что родня крутая, как я погляжу. Единственный плюс! — сестра тяжело вздохнула и закрыла глаза. — Если надо, я могу тебе найти парня. Через месяц вечеринка в честь Хэллоуина, поэтому познакомиться к этому моменту с кем-либо будет, в принципе, не проблема. Будет от твоей сестры хоть какая-то польза перед выпуском из школы.