— Где Зейн, Лиам и Дарси? — спросила Эйвери, осматривая тесный тур-автобус.

— Наверное, в задних спальнях. Надеюсь, не вместе, — я подумал, что Гарри пошутил, но он мельком выглянул в проход и посмотрел назад на всякий случай. Он всегда чрезмерно защищал Дарси, и я понимал почему. Но все же это была крайность.

— Ходи, — усмехнувшись, сказал Гарри, обращаясь к Луи. Я перестал обращать на них внимание и посмотрел на Эйми, которая разговаривала сама с собой, сидя на диване и играя с телефоном Гарри. Я слышал щелчки камеры и выглянул, чтобы увидеть, что она уже сделала около пятидесяти селфи.

— Он видит меня, — сказала Эйми, показывая мне телефон. Я состроил смешную рожицу как раз когда она, захихикав, сделала фотографию.

— Весело, ха? — сказал я, подняв ее на руки и усадив на свои колени. Она кивнула, листая программы в телефоне, высунув язычок и с решительным выражением на лице. Я покачал головой, усмехаясь. — Эй, Эйм, ты уже устала? Думаю, пора укладываться спать.

— Я не хочу в ту кловатку, — упрямо сказала Эйми.

— Ладно… — я замолчал, почесав подбородок. — А что, если я уложу тебя в свою кровать, пока ты не заснешь?

Эйми кивнула и со звоном положила телефон на столик. Однако, Гарри все еще не замечал, полностью поглощенный карточной игрой с Луи. Эйвери довольно наблюдала за ними, улыбаясь и смеясь над некоторыми вещами, которые они то и дело говорили.

— Я пойду уложу ее в кроватку, хорошо? — я решил поставить в известность Эйвери. Она удивленно посмотрела на меня, но все равно кивнула. Я позволил Эйми поцеловать ее на ночь, и Эйвери, уже по установленному порядку, спросила, нужно ли ей на горшочек, и Эйми, как и всегда, сказала, что нет.

— Готова, принцесса? — спросил у нее я. Эйми кивнула и поковыляла к одной из самых больших кроватей в конце коридорчика, которая, думаю, достанется нам с Эйвери. Она с трудом пыталась забраться на узкую кровать, кряхтя и застонав, когда ей почти удалось это, но она сползла обратно в холл.

— Вот так, малышка, — я усадил ее на кровать, где она сразу же забралась под одеяло вместе с Черепашкой Тимми. Было такое ощущение, что я выиграл его несколько лет назад, но прошло всего-то два месяца. Два месяца ушло у меня, чтобы обзавестись дочерью и найти свою любовь. Это казалось безумно, когда я задумывался над этим.

— Помнишь, как я достал его тебе? — спросил я. Она кивнула и обняла подушку. — Кажется, что прошла уже целая вечность, да? — И она снова кивнула, наверное, просто устав и мечтая, чтобы я заткнулся.

— Мне навится Тимми, — Эйми задумалась. — Он лучше, чем Салли.

— Кто такая Салли? — спросил я, изогнув бровь, и облокотился о стену позади, накрыв нас обоих одеялом.

— Чайка, — объяснила Эйми. — Мы оставили ее.

— Ну, — я улыбнулся, — как насчет этого? Я куплю нам большой дом у пляжа, где у тебя будет огромная комната, которую мы заполним мягкими игрушками. И мы сможем забрать Салли, если хочешь, — я понятия не имел, как собирался забрать чайку от Джейка, но я постараюсь.

— А можно у нас будет бассейн? — спросила Эйми.

— Все, что захочешь, — пообещал я. — Ты умеешь плавать?

— Нет, — призналась Эйми, — я надеваю желтые налукавники. Иногда, в ванне, — я усмехнулся и поцеловал ее в лоб. Это странно, что я мог слушать ее часами, что она говорила настолько увлекательно.

— Ну, тогда мы убедимся, что возьмем и их тоже. Они в твоем старом доме? — Эйми кивнула.

— И возьми мамину книжку пло меня, — сказала Эйми. — Там калтинки со мной и мамой.

— Мне нужно будет составить список вещей, — сказал я ей. — Как думаешь, мы можем забрать их? — Эйми пожала плечами, смотря вдаль. — Может, мы проникнем в окно, как секретные агенты, — Эйми захихикала над этой мыслью и кивнула. — И потом мы заполним большую сумку твоими вещами. Ладно?

— Ладно, — я на самом деле не знал, как уложить ее; я никогда не делал этого раньше. Я был младшим в семье, и у меня вообще-то не было никого, кого бы можно было уложить. Но, казалось, это работало.

— Папочка? — позвала Эйми.

— Да, Эйм?

— Я не хочу спать. Ты неправильно меня укладываешь, — сообщила она. Мои плечи поникли; я думал, что прекрасно справляюсь с работой, но по словам этой трехлетней, это было не так.

— А как твоя мама обычно делает это? — спросил я. — Нужно научить меня.

Эйми вздохнула, села и выбралась из кровати. Прежде чем я смог возразить, она встала рядом и закутала меня в одеяло до подбородка. Я нахмурился, очень смущенный тем, что вообще происходило, но я подыгрывал, по крайней на данный момент.