***

Финист возвращался на Лосиную поляну с двумя подстреленными зайцами. Герда сидела у костра в полном одиночестве и говорила сама с собой. Финист удивленно моргнул. С девушкой явно что-то не так. Если бы хватило времени, он бы обязательно разгадал ее тайну, но сейчас его мысли занимали лишь наступающие на пятки преследователи. Да, жаль ее, но всем обездоленным не поможешь. В первую очередь надо позаботиться о своих.

– Герда?
– позвал Финист. Девушка вздрогнула от неожиданности.
– Мои ребята не возвращались?

– Нет, - испуганно выдохнула Герда, как будто только поняла, что над лесом сгустились сумерки. – Они, наверное, заблудились. Хоть бы от тропы далеко не ушли.

Девушка сорвалась с места и побежала в сторону родника.

– Стой!
– Финист преградил ей дорогу.
– Я сам схожу за ними, а ты пригляди за лошадьми.

– А вдруг и ты заблудишься?
– встревожено спросила Герда.
– Я знаю этот лес куда лучше тебя. Я найду их быстрее.

– Нет!- с угрозой в голосе прикрикнул он.

Герда испуганно сжалась. Не следовала при ней выходить из себя. Но и позволь ей узнать их тайну он не мог.

– Останься, - уже намного более мягким тоном произнес Финист.

Герда покорно опустила голову и вернулась к костру.

***

Потом Ждан с Дугавой и сами не могли вспомнить, сколько брели за болотными огоньками, прыгая с кочки на кочку, перелезая через поваленные деревья, уходя все дальше в темную чащу векового леса. Опомнились, только когда вышли на большую поляну. Огоньки мигом исчезли. Пение перестало заглушать звуки леса. Где-то вдалеке завыл одинокий старый волк. На разлапистой ели ухнул филин.

Полная луна заливала землю ровным серебристым светом, в котором можно было различить стоявшую посреди поляны избу на двух высоких сваях из пней деревьев, корни которых торчали из земли, напоминая узловатые куриные лапы. Ждан с Дугавой испуганно оглядывались по сторонам, силясь понять, где они оказались.

– Я попробую постучать, - решился Ждан. – Может, там живет кто.

Дугава оббежала взглядом стоявшие вокруг дома идолища с конскими головами. Финист говорил, что так староверы украшали вход на переправу в царство мертвых.

– Не надо, - тихо взмолилась она.
– Лучше пойдем сами дорогу поищем. Ведь дошли как-то досюда.

– Не трусь, - устыдил ее Ждан и поднялся на крыльцо по шаткой приставной лестнице.

Дверь распахнулась еще до того, как он успел занести руку, чтобы постучать. На пороге показалась древняя старуха: седая, морщинистая, согнутая чуть ли не вдвое. Из-под кустистых бровей внимательно глядели удивительно яркие для старческого лица угольки глаз. Старуха задумчиво потянула воздух, принюхиваясь, кривым, горбатым, как будто его ломали, по меньшей мере, три раза, носом и ощерила рот, полный гнилых зубов.

– Заблудились, деточки?
– просипела она гнусавым голосом.

В поисках поддержки Ждан глянул на Дугаву, но та тряслась от страха, как осиновый лист на ветру.

– Мы в Подгайск идем из Дрисвят. Остановились на Лосиной поляне на ночь. Решили сходить к роднику воды набрать и… куда-то не туда свернули, - сбивчиво объяснял он.

– Разве деточки не знают, что с тропы сходить нельзя?
– подбоченившись, поинтересовалась старуха.
– Иначе попадете в плен к нечистикам и вечность у них в услужении проведете.

Она точь-в-точь повторила слова Герды, да еще так странно глянула, что Ждану захотелось бежать прочь со всех ног, не разбирая дороги.

– Не бойтесь, деточки, - старуха снова улыбнулась, выставляя напоказ мерзкие черные зубы.
– Повезло, что вы нашли мою избушку. Проходите. Время уже позднее. Я вас ужином накормлю и спать уложу, а завтра на рассвете покажу обратную дорогу.

Дугава нерешительно поднялась на крыльцо и встала рядом со Жданом.

– Нас друзья ждут. Не могли бы вы показать дорогу сейчас, - она четко выделила последнее слово.

Старуха перевела на нее взгляд. По спине пробежали мурашки. Дугава испуганно выдохнула.

– Так ведь ночь на дворе. А ежели зверь какой нападет? Послушайте старуху, утро вечера мудренее. Да проходите, не стойте на крыльце, а то Всеблагого разозлим.

Ждан с Дугавой потерянно переглянулись. По церковным канонам Единого нельзя называть другими именами. Значит, старуха не связана с их преследователями. Воодушевленный этой мыслью Ждан сделал шаг в избушку. Дугава последовала за ним. Пол вдруг разверзся под ногами, и они полетели в черную бездну.