Выдержка из дневника Юрия

Готовы ли мы, спросила Ядвига. Я понимал, что вопрос риторический и не требует ответа... но все равно собирался ответить.

Я слишком хорошо знал, к чему готов, а к чему - нет. И я точно не был готов соблазнять очаровательную незнакомку - любую из трех! Неведомый мне приз, каким бы он ни был, вряд ли стоил моих отношений с Ниной. Думаю (уверен!), жена меня поддержала бы.... особенно увидев, кого нам предстояло покорить.

Минувшие полчаса я размышлял, взвешивал все за и против. Я колебался, я не мог решиться... мне жаль было расставаться с мечтой о победе. Но я должен был. Ведь должен?..

Итак, Ядвига спросила, готовы ли мы, и я осознал, что настал момент, которого я так страшился. Пора было озвучить свое решение... пора!

Шестеро наших гостей снова заняли свои места, и лицезрение трех безупречных во всех смыслах богинь, которые широко и белозубо улыбались нам, вызвало во мне нервную дрожь. О Господи, дай мне сил!

– Чур, этот светленький мой...
– плотоядно промурлыкала Настасья, впившись взглядом в одного из мужчин.

Это стало последней каплей. Я выпрямился и поднял руку, привлекая внимание. Прямо старшеклассник, желающий дать правильный ответ на заданный учителем вопрос... И не поспоришь! Так оно и было, по сути.

– Да, Юра?
– обратился ко мне "учитель", тобишь Эрнест.
– У тебя есть вопросы?

– Наоборот, ответы, - сказал я и сам поразился, как торжественно это прозвучало.

– Уже и ответы?
– вежливо удивился Эрнест, качая головой.
– Похвально! И что же это за ответы?

– Я отказываюсь участвовать в конкурсе, - нервно сглотнув, немного хрипло произнес я. Сказал - и почти пожалел, мне захотелось забрать свои слова обратно... я собрал всю волю, чтобы промолчать.

Хотя я смотрел исключительно на Эрнеста, боковым зрением чувствовал на себе взгляды всех вокруг. Даже гости (и очаровательные гостьи!) удивленно поглядывали на меня, не понимая, серьезен ли я. А я был серьезен.

– Вы понимаете, чем это чревато?
– после продолжительной паузы спросил Эрнест. Он перестал улыбаться и тоже стал серьезен, почти мрачен. Нахмурилась и Ядвига.

– Понимаю, - признал я неохотно, голос мой против воли дрогнул. Я прокашлялся и тверже добавил: - Это чревато тем, что именно я покину Проект.

– Да, - с грустью подтвердил судья.
– Именно вы...

По залу пронесся вздох - то ли облегчения, то ли удивления. Не знаю, может, то была игра моего воображения, но мне почудилось, что все вокруг обрадовались. Это меня немного задело...

– Вы хорошо подумали?
– настойчиво спросил Эрнест, по-прежнему печально глядя на меня.

– Наверное, хорошо!
– раздраженно вставила Василиса.
– Он же не идиот...

Она говорила сердито, явно недовольная, что Эрнест пытается посеять в моей душе сомнения. Я мог понять ее чувства (хотя и не разделить их) - в конце концов, без моей жертвы уйти пришлось бы ей...

– При всем уважении, я спрашиваю не вас...
– с неодобрением заметил Эрнест.

Все смотрели на меня, я ощущал их возбужденное любопытство буквально физически. И понимал, что начинаю злиться... ненавижу быть в центре внимания!

– Я всегда хорошо думаю, прежде чем сказать, - с не меньшим раздражением, чем до этого Василиса, буркнул я. На самом деле я уже начинал сомневаться, хорошо ли подумал, но отступать казалось унизительным.

– Что ж...
– растерянно протянул ведущий в ответ.
– Тогда нам нужно посовещаться...

* * *

Судьи ушли совещаться и совещались долго. Очень долго! Я истомился ожиданием, при этом старательно изображая безразличие. Я делал вид, будто не замечаю косых взглядов гостей и моих соперников, не слышу их перешептывание... хотя я замечал и слышал.

– Ты правда уверен... правда, Юра?
– наконец, тихо спросила Камилла. В голосе ее звучала грусть.

Я раздраженно покосился на девушку, но, увидев, что она на самом деле как будто расстроена, смягчился.