— Ты не Мститель Херу, Верховный Хранитель Трона, — улыбка молодой колдуньи снова обожгла Ипи-Ра-Нефера, — и твой священный меч не один из Мечей.

— Тогда не бойся заглянуть в мои глаза! или ты боишься, того, что месть моя была праведна и священна, а значит, задуманное тобою — нечестиво и бессмысленно? Знай же, что, отец твой, женщина, не видел моего лица, но он видел весь Ам-Дуат, моя царственная сестра готовит превосходные яды.

— Ты будешь грести, Хранитель, или хрупкая девушка должна везти тебя на лодке?

— Разве не на берег Те-Мери ты везёшь меня? — он сжал золото в её ладони, — Ипи-Ра-Нефер из Дома Амен-Ем-Хети, Верховный Хранитель Трона, Держатель Скипетра Ириса и Маат-Хетем не пойдёт как бык на убой.

— Ты назвал своё Рен лодочнику, почтенный Ипи-Ра-Нефер. И, поверь, достойный Хранитель Трона, месть твоя не праведна, и не бывать в Те-Мери твоему Ка! — она выбросила золото, плюхнувшееся с гулким плеском в неспешные воды Реки, и взялась за вёсла.

— Но, Анх-Нофрет, я не, — Ипи было неловко, Верховный Хранитель проникался странным двояким чувством к той, которая рискнула бросить вызов Посвящённому и Хранителю Печати Извечной. Если бы она только знала, как всё непросто… Ипи взялся за вёсла, — тем не менее, Лодочница везёт меня на западный берег. Желаешь ты того или нет, ты везёшь меня к берегам Земли Возлюбленных, Анх-Нофрет. Ибо — ты везёшь меня в смерть.

Она видела, что Ипи улыбнулся и задумался, начав грести вместе с ней. На мгновенье его тёплая и влажная ладонь коснулась руки девушки. Желание овладело ею. Она знала, что Ипи ничего не стоит прислать отряд отборных лучников Хранителей, но знала, что он не сделает этого. Она смотрела на молодое и красивое лицо высокородного юноши, и более всего на этом свете сожалела о том, что собиралась сделать. Он был моложе Наследника Тути-Мосе, а, стало быть, моложе её, и… Но Анх-Нофрет не могла изменить своих намерений. Он пришёл. Пришёл в расставленную ловушку, уверенный в своей Силе и не ожидающий удара в спину.

— Ипи, почему ты согласился на этот поединок? Скажи, Ипи!

— Разве тебе не всё равно, маленькая лодочница? — Хранитель грустно улыбнулся, — ты позвала меня, позвала Посвящённого, дабы состязаться с ним в Тайной Силе и Знании, чтобы убить или погибнуть. Ты мстишь за отца, и твоя месть священна. Ипи-Ра-Нефер никогда не оставляет таких врагов за спиной, ему есть что терять в этом мире, и он боится за жизнь своей сестры и за жизнь Нефру-Маат, которая тоже может быть избрана жертвой, много больше, чем за свою. И не может поступить бесчестно, прислав отряд тайной охраны, если ты об этом, — Ипи-Ра-Нефер снова улыбнулся, — потом, откуда ты знаешь, Анх-Нофрет, подоспел ли Усер-Мин вовремя тогда, во дворце Хат-Шебсут, или…

Нос лодки ткнулся в бесплодный песок отмели западного берега…

Верховный Хранитель спрыгнул в воду, спугнув парочку небольших крокодилов, незаметных в закатном полумраке, и потащил лодку на берег.

— Куда теперь, лодочница? Где ты задумала поединок? — Ипи помог девушке выбраться из лодки, ожидая её указаний.

— Ты знаешь заброшенный дом служителей Перешедших, подносивших еду и напитки тем, к чьим погребениям сотни лет не приходят родные, опустевший ещё до нашествия грязных Хаков? — Анх-Нофрет скрылась, растаяла призраком в предзакатном сумраке, но Ипи-Ра-Нефер хорошо знал, куда она направляется, и пошёл к этому месту.

— Тот, чьё Рен будет заменено на Хеви-Ра-Неха, Ам-Дуат ждёт и приветит тебя! — внезапно, в полумраке открылся ярко освещенный несколькими лампадами дверной проём, но Ипи не увидел в нём женщины.

— Я могу входить, не опасаясь кинжала убийц, Анх-Нофрет, или стоит обнажить клинок, дабы наш поединок был воистину честным? — Ипи положил руку на рукоять из слоновой кости, стоя перед проёмом, но не решаясь войти.

— Тебе не стоит бояться меди или бронзы, почтеннейший Ипи-Ра-Нефер! В том, чтобы не убивать своих врагов бесчестно, я подобна тебе, Верховный Хранитель.

— Да приветят Нетеру говорящего истину! — Ипи вошёл внутрь, скинув плащ, сандалии и дорогой шлем. Анх-Нофрет ждала его у рассохшегося деревянного стола, тем не менее, покрытого дорогим льном, и щедро накрытого яствами и винами, — хозяйка накормит и напоит своего гостя?

— Мои глаза не лгут мне? — Анх-Нофрет задорно улыбнулась Ипи, — высокородный Ипи-Ра-Нефер, тайной власти которого опасается сама Почтеннейшая, боится несчастной девушки? Или ему непривычен поединок, когда лучники Хранителей и гремучие стрелы ладей не бьют из-за спины?

— Достойная Анх-Нофрет! — Ипи сел, поклонившись женщине, — как писали мудрецы, не стоит, плывя в лодке по водам Хапи, хватать крокодила за хвост, и вдвойне не стоит пытаться насмешить его своей дерзостью! — Ипи взял пустую глиняную чашу и протянул ей, — налей мне того вина, которого пожелаешь сама.

— Прости меня, тот, кого за Вратами будут звать Хеви-Ра-Неха, — женщина поклонилась Ипи, и налила финикового вина, — я должна выполнить любое желание вызванного соперника, мой господин.